пятница, 27 апреля 2012 г.

Глава 7. Угадайте, кто идет на ужин?


До родительского дома всего час езды на машине, и все это время я провел в тщетных попытках успокоиться и привести мысли в порядок. Мой безупречно продуманный план по устранению мисс Свон из головы и передаче ее в руки другого мужчины в какой-то момент дал трещину. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что это было глупо с моей стороны выбросить цветы. Но в тот момент, я только и думал о том, как бы избавиться от вещи, которая отдавалась жжением в груди. Откинувшись дальше на сидение, я хотел позволить мелодичному звуку мотора успокоить меня. Не сработало.

Итак, взглянем фактам в лицо. Я испытываю собственнический инстинкт по отношению к ней. Не тот, что пропитан романтикой, а тот, что пропитан «тресни ей по голове, оттащи за волосы и оттрахай» атмосферой. Как будто она моя игрушка, и я слежу за тем, чтобы другие мальчишки в песочнице не смели играть с ней. Господи. Сплошное извращение! Она была права. Если бы она узнала, что я это признаю, она бы мне яйца оторвала и заставила бы их сожрать. Я заерзал на сидении при одной только мысли об этом. В миллионный раз мою голову посетила идея о том, чтобы просто наслаждаться сексом без каких-либо обязательств. Но я знал, что это не приведет ни к чему хорошему. Помимо того, что она ни за что на свете не согласится на это, я просто не мог продолжать подпитывать эту ненасытную часть своей натуры. Эдвард Каллен не позволит женщине контролировать его. Никогда.


Сейчас передо мной стоял вопрос «что делать дальше?». Очевидно, Майк увлечен ею. Еще бы. Все, что у него есть, это вторичная информация от моей семьи, которая явно обожает ее, и, думаю, по крайней мере, фотография. Если бы у меня были только эти кусочки паззла, я бы тоже заинтересовался. Но нет ни единого шанса, что, пообщавшись с ней, он все еще будет считать ее очаровательной. Если только он не планирует просто оттрахать ее. Треск натянутой кожи на руле под моими пальцами говорил о том, что мне лучше об этом не думать. Я уверен, он не стал бы встречаться с ней в доме моих родителей, если бы хотел только отыметь ее. Хмм… может быть, он действительно хочет узнать ее получше. Черт, даже я был немного заинтригован, пока мы не заговорили. Но она оказалась одной из самых раздражающих, осторожных и отталкивающих личностей, которых я когда-либо встречал. К несчастью для меня, с ней также был лучший секс в моей жизни. Бля. Для его же блага, ему лучше не заходить так далеко.
Я до сих пор помню, как увидел ее впервые. Однажды на Рождество, когда я еще жил в Париже, родители приехали навестить меня и подарили мне цифровую фото-рамку. Просматривая фотографии вместе с мамой, я остановился на одной, где были запечатлены мои родители и красивая девушка с каштановыми волосами.
- Мам, а кто эта девушка с тобой и отцом? – я помню, как спросил ее. Она сказала, что ее зовут Белла Свон, и что она работает ассистентом у одного из младших исполнительных директоров, и что они все ее просто обожают. На фотографии ей было около 23, и я сразу же подумал, что она одна из самых красивых женщин, которых я когда-либо видел. Она не походила на тот тип девушек, с которыми я обычно встречался, но, тем не менее, я был очарован ею.
В течение последних лет ее лицо изредка мелькало на фотографиях, которые присылала мне мама: корпоративные торжества, рождественские вечеринки, даже вечеринки у нас дома. Время от времени ее имя всплывало в разговорах с моей семьей о работе и о повседневной жизни. Поэтому, когда было принято решение, что я возвращаюсь домой и занимаю должность Главного Финансового Директора, отец сразу же предложил ее кандидатуру в качестве моего нового ассистента. Моя семья любила ее и доверяла ей, и тот факт, что мой отец и брат не имели к ней никаких претензий, относительно ее квалификации, говорил красноречивей всяких слов. Я незамедлительно согласился. Я немного волновался, что мое восхищение ее красотой будет помехой нашим рабочим отношениям, но я быстро уверил себя, что в мире полно красивых женщин, и я с легкостью смогу разграничить офисную и личную жизнь.
Но когда я увидел ее собственной персоной, она тогда еще смеялась и шутила, повторяя цитаты из моего любимого фильма, я понял, я вляпался по уши. Красивая – это не совсем подходящее слово. Она была сногсшибательна. Темно-каштановые локоны, собранные в пучок, темно-коричневая юбка, плотно облегающая ее бедра, белая блузка с коротким рукавом и самые сексуальные туфли, которые я когда-либо видел. Когда она, не осознавая, что я вошел, попятилась назад, сгибаясь от смеха, и неосторожно потерлась своей попкой о мой пах, я понял – у меня проблемы. Большие проблемы. Я помню, что я едва мог сформулировать свои мысли. Она быстро развернулась, и я встретился с теми прекрасными карими глазами, что не раз видел на фотографиях.
Они были широко распахнутыми от шока и удивления. Но даже в таком состоянии, было мучительно очевидно, что фотографии не передавали всей ее красоты; причем мучительно – в самом буквальном смысле этого слова. Я стиснул зубы, чтобы сдержать возбуждение, которое пронзило все мое тело при одном ее взгляде. Мой взор остановился на ее губах, когда она начала извиняться, и в тот момент я осознал, что наши деловые отношения будут весьма не простыми. Что будет чертовски тяжело сохранять профессиональный настрой, работая в непосредственной близости с этой удивительно красивой женщиной.
Я почти и не заметил, что ее коллега приблизилась и заговорила со мной, пока я не услышал, что она назвала моего брата «Эмметом». Это привлекло мое внимание и пробудило интерес. Как только я взглянул на нее, она показалась испуганной и взволнованной. И тогда меня осенило. Они привыкли к неофициальной и дружеской обстановке на рабочем месте. И зная моего отца и брата, я не был удивлен. Притворившись строгим, невыносимым начальником, я заставлю ее понервничать; нервозность приведет к проступкам по невнимательности. И в итоге, она будет держаться от меня подальше.
Поэтому я предстал в образе заносчивого ублюдка, обращаясь к ним обеим официально, требуя к себе того же обращения и настаивая на немедленном дисциплинарном собрании с мисс Свон. На самом деле, мне просто надо было убраться оттуда поскорее. Я был уверен, что отступления в безопасность офиса, на пять минут спокойствия и тишины, будет достаточно. Я прошествовал с надменным видом к кабинету и захлопнул за собой дверь, откинувшись на нее, восстанавливая свое самообладание.
Вскоре мне представилось отвлечение в виде телефонного звонка. Это был мой друг Жан из Парижа, который занимался транспортировкой произведений искусств, которые я купил еще будучи во Франции и теперь хотел перевезти в новую квартиру здесь. Я как раз записывал кое-какую маршрутную информацию, когда услышал стук в дверь. Я выкрикнул угрюмое приглашение войти, и почувствовал ее присутствие, даже не глядя на нее. Мне не должно составить труда оставаться в рамках профессиональной этики. Я всегда относился к делам очень серьезно. Слишком серьезно, по словам моей семьи. Но я не добился бы таких высот, если бы относился ко всему легкомысленно. Я всегда усердно работаю, и ожидаю того же от своих сотрудников.
Но она была не такой как все, в ней было что-то особенное, но я не мог понять, что именно. Я знал, что единственный выход для меня – это быть жестоким по отношению к ней, поэтому я продолжал смотреть в блокнот перед собой, сохраняя строгость в голосе, пока я говорил с ней. Но затем я совершил ошибку и взглянул на нее. И эрекция, с которой я боролся с того момента, как она наткнулась на меня своей попкой, вернулась в полной силе.  Но, очевидно, надменно изогнутая бровь была довольно убедительна, потому что она чуть ли не заикалась.
Отлично. Превосходно. Думал я про себя, пока она не споткнулась и не повалилась на меня, при этом опрокидывая кофе мне на колени. «Бля!» - воскликнул я, чувствуя, как обжигающая жидкость просачивается через ткань прямо на мой возбужденный член. Я зашипел, втягивая воздух сквозь стиснутые зубы и закрывая глаза, стараясь с мужеством вынести мучительную боль. Но это было до того, как я почувствовал трение в области паха. Я открыл глаза и увидел, что мисс Свон стоит передо мной на коленях и трет полотенцем по всей длине моей эрекции.
- Вы можете идти, мисс Свон, - я почти зарычал сквозь стиснутую челюсть, желая больше всего на свете, чтобы она убрала свою руку с моего члена, и сама убралась из этой комнаты.  Я был подавлен и унижен. Она не могла не заметить его. Как только дверь за ней закрылась, я выдохнул с трудом и прошел в ванную комнату, где также располагался встроенный шкаф с чистой одеждой.
Снимая брюки, я содрогнулся. Нет, не из-за горячего кофе – ткань была достаточно плотной, чтобы взять основной удар на себя. Но из-за воздействия, которое на меня имеет мисс Свон. Ее голос, ее аромат и, самое главное, ее прикосновения мгновенно активизировали все мои чувства, и никогда в жизни я не был таким твердым. «Чтоб тебя!» - проворчал я, пытаясь натянуть новую пару боксеров. Я не смогу ходить весь день с этой штукой в штанах. Что, черт подери, было особенного в этой женщине, что возбуждало меня до такой степени, что я уже подумывал о том, чтобы подрачить прямо в этой ванной? Как бы то ни было, не думаю, что у меня был выбор. Я не смог бы выйти из офиса с таким бугром в штанах.
И сейчас я ясно вижу все ошибки, совершенные мной за последние несколько месяцев. С самого первого дня все к этому и шло. За всю свою жизнь я ни к кому не чувствовал такого сексуального влечения, как к ней. И как же я заблуждался, считая, что одного раза будет достаточно, чтобы вытрахать ее из головы. Если бы только секс с ней не был так чертовски хорош. Мой член напрягся при одной только мысли. Проклятый предатель. У меня не было разрядки вот уже целую неделю, поэтому думать сейчас об этом было не самой удачной идеей. Возможно, если бы я, кхм… снял напряжение перед ужином, это немного помогло бы моей решимости. Только вот проблема в том, что в последнее время я, кажется, не могу завершить акт, не думая о ней. Одного только воспоминания о последнем разе, когда я пытался, было достаточно, чтобы мой член съежился в отвращении.
Это было за несколько дней до «происшествия у окна», как я теперь ссылаюсь на него, и в тот вечер я должен был присутствовать на благотворительном мероприятии. Войдя в офис, я был потрясен, увидев мисс Свон в невероятно сексуальном голубом платье, которое я никогда прежде не видел. В ту же секунду мне захотелось швырнуть ее на стол и оттрахать до потери чувств. Но вместо этого я носился по офису весь день, хлопая дверьми и, в целом, ведя себя как последний идиот. Весь вечер, несмотря на шикарную трофейную блондинку рядом со мной, я был растерянным. Я знал, что приближаюсь к самому краю пропасти, и что, в конце концов, я сломаюсь. Я просто не имел представления, как скоро это произойдет.
Будучи ублюдком, каким я и являюсь, я попытался доказать себе, что мисс Свон мне «по барабану», и поехал домой к своей спутнице. Спотыкаясь и целуясь, мы ввалились в ее квартиру, быстро раздеваясь на ходу, но у меня было такое ощущение, будто я наблюдаю за происходящим со стороны. Не то, чтобы она была некрасивой или несексуальной; просто, когда я уложил ее на кровать, я представлял себе каштановые волосы, небрежно рассыпанные на белых подушках. Целуя ее соски, я желал чувствовать под своими губами мягкие и нежные груди, а не этот безупречный силикон. И даже, когда я надел презерватив и вошел в нее, я знал, что она просто безликое тело, которое я использую для своих эгоистичных потребностей. И только когда она уже дважды испытала оргазм, я понял, что просто так не кончу. Я пытался вышвырнуть мисс Свон из своих мыслей, но я был не в состоянии удержать запретные фантазии о ней, лежащей подо мной, от проникновения в мой разум. Насколько интенсивным был мой оргазм, настолько же сильно я ненавидел себя за это. Как я мог позволить всему этому случиться? Господи, я был таким идиотом.
Потирая лицо ладонью свободной руки, я почувствовал даже большее отвращения сейчас, от воспоминаний, чем тогда, когда это все случилось. Я взглянул на часы – осталось только десять минут, и я буду на месте. А я до сих пор не знал, как мне себя вести. Я бы конечно мог действовать по обстановке, но это не мой подход. Я привык всегда и во всем быть обстоятельным и скрупулезным. Я знал, что мне надо продержаться только этот вечер, а дальше все будет легче. По-другому быть не может. У нас впереди еще чертова конференция в Сиэтле, и если мы не разберемся со всем этим дерьмом как можно скорее, кто знает, что может случиться? Правильно. Я в точности знаю, что может случиться. Боже мой, я только представил ее, обнаженную, надо мной, на большой гостиничной кровати, и мой член мгновенно забыл о чувстве вины. Как, черт возьми, я собираюсь пережить этот вечер?
Проезжая через ворота родительского дома, я постарался очистить голову ото всех сексуальных мыслей. Это оказалось сложнее, чем я думал. Припарковав машину и направляясь к дому, я мысленно повторял себе «ты сможешь, ты сможешь». Я вошел в дом и, проходя через столовую, заметил, что стол был не накрыт.
- Мам? – позвал я, заглядывая в каждую комнату.
- Я здесь, Эдвард, - я услышал ее голос, доносящийся с заднего двора. Раздвинув большие стеклянные двери, я встретился с улыбающимся лицом матери. Она накладывала завершающие штрихи в сервировке стола на свежем воздухе.
Я наклонился, чтобы она смогла поцеловать меня и, как всегда, попыталась поправить мои волосы, затем я поинтересовался.
- Почему мы ужинаем на улице?
- Просто сегодня такая чудесная погода, и я подумала, что всем будет уютней здесь. Как думаешь, никто не будет возражать? – спросила она вдруг встревожено.
- Конечно, нет. Мам, здесь очень красиво. Не волнуйся. – И здесь действительно очень красиво. Через все большое патио возвышались своего рода белые арки, оплетенные пурпурной вистерией. В центре стоял большой прямоугольный обеденный стол на восемь персон. На нем была мягкая скатерть, цвета слоновой кости, и посуда, отделанная под старину. Свечи и нежно-лиловые и голубые цветы, свисающие через края маленьких серебряных вазочек, украшали стол по всей длине. С арки над столом свисал хрустальный канделябр, и весь задний двор выглядел, будто реклама товаров Better Homes & Gardens. – Ты же конечно понимаешь, что даже я не смогу уследить за тем, чтобы Кэррингтон не разгромила все на столе? – спросил я, отщипывая виноградинку с большого плоского блюда. Я могу только представить, что эти маленькие пухленькие ручки сделают со всеми этими изысканными вещами на столе.
- Милый, неужели ты думаешь, я бы позволила 14-месячному ребенку присутствовать на приеме для взрослых? Если бы малышка Кэрри была здесь, все внимание было бы сосредоточено на ней, - ответила она радостно. Дьявол. Если бы Кэррингтон сидела у меня на коленях, это отвлекло бы меня от мыслей о том, что Майк визуально раздевает мисс Свон прямо у меня на глазах. – Не говоря уже о том, что она может сотворить с моим столом. Как бы то ни было, сегодня вечер Беллы. Я очень надеюсь, что Белла и Майк найдут общий язык, - она продолжала порхать по всему патио, зажигая свечи и проверяя, чтобы все было на своих местах, совершенно неведая о моих мучениях.
Я в жопе. Как раз когда я обдумывал, как бы мне удрать отсюда, я услышал громогласный голос моего брата, доносящийся из дома.
- Где все? - прокричал он, его низкий голос эхом отдавался в пустом доме. Открыв перед мамой дверь, мы вошли внутрь и обнаружили Эммета на кухне.
- Итааааак, Эдвард, братишка, - проговорил он, сдавливая смешок и облокачиваясь на стойку. – Ты уже в предвкушении сегодняшнего вечера? – И почему он всегда говорит так, будто подводит к чему-то не очень приятному? Слегка наклонившись, он заключил маму в крепкие объятия, заставляя ее тихонько засмеяться. Я подождал, пока она покинет комнату, и взглянул на Эммета с подозрением.
- А должен? – спросил я невозмутимо, пожимая плечами.
- Ну, я думаю, это будет занятный вечер. Наблюдать за тем, как Ньютон пытается завлечь Беллу на глазах у всех, может стать главным развлечением вечера. Ты не находишь? – Как раз в тот момент, когда он отщипывал кусок хлеба от буханки, лежащей на стойке, вошла Роуз и шлепнула его по руке.
- Ты же не хочешь, чтобы у твоей матери случился приступ от того, что ты разрушишь ее тщательно спланированный ужин? Ты будешь милым сегодня, Эммет. Никаких поддразниваний и подшучиваний над Беллой. Она итак, наверное, нервничает. Одному Богу известно, что ей пришлось вынести от него, - проговорила она, указывая на меня.
- О чем это ты? – возмутился я. Мне порядком поднадоели эти постоянные «сострадальческие вечеринки» в честь Беллы. – Я ничего ей не сделал. – Роуз и я ладим так же, как ладят любые брат и сестра, неважно кровные или сводные. Я люблю ее всем сердцем, но она одна из тех людей, которых лучше иметь в друзьях, а не в врагах. Она вопросительно приподняла бровь, скрестив руки на груди, и уставилась на меня.
- О, правда, мистер Душка? А ты знаешь, как Белла тебя называет? Как они все тебя называют? – Почему-то мне показалось, что я не хочу этого знать. Она улыбнулась приторно сладкой улыбкой, ощущая мое презрение. – Прекрасный Подонок! – Мой милый братик выбрал именно этот момент, чтобы разразиться истерическим смехом. Что? Она так меня называет?
- Над чем смеемся? – Спросил отец, входя в комнату. Превосходно. Только не он. Я не хотел, чтобы он слышал это.
- Я так и знал, - Эммет гоготал, вытирая слезы. – Я как-то нечаянно услышал, как она говорила это Анджеле. Я так и знал, что они говорили о тебе.
- Почему же тебя это так рассмешило? – я резко возразил, пристально глядя на него. – И как ты узнала? – спросил я, снова поворачиваясь к Розали.
- От Джаспера, моего друга, которого мы встретили за ланчем в прошлые выходные. Он помолвлен с подругой Беллы, Элис. Той, что работает на Gucci. Очевидно, она начала называть тебя так в первый же день вашей совместной работы. Довольно умная девушка, если кому интересно мое мнение, - ответила она, с вызовом пожимая плечами.
- Постойте, - отец вмешался в разговор, и я мысленно простонал. – Как Белла называет тебя? – Господи, неужели все может быть еще хуже?
- Прекрасный Подонок? – мама присоединилась к разговору, мимоходом забегая на кухню. – Мы это сейчас обсуждаем? – Даже мама знала? Теперь смеялись Роуз и отец.
- Мама! Ты знала? – Неужели это происходит со мной? И что, черт возьми, это имя «Прекрасный Поддонок» должно означать? Что она считает меня подонком? То есть, я знаю, что иногда я действительно вел себя как настоящий подонок, но я понятия не имел, что она придумала для меня прозвище. Постойте, ведь это также означает, что она считает меня красивым. Нда. Я не совсем уверен, воспринимать мне это как комплимент или как оскорбление. В любом случае, мне наплевать.
- Конечно, я знала, Эдвард. Белла работает в нашей компании уже шесть лет. Она почти все мне рассказывает, - ответила она как бы между прочим, нарезая хлеб. Если уж эта мысль не напугала меня до смерти, то я не знаю, что напугает. – Фактически, она мне этого не говорила. Это нечаянно слетело у нее с языка, когда я однажды обедала с ней и Анджелой. И сказать по правде, по-моему, это весьма забавно. Я люблю тебя, Эдвард, - сказала она, подходя ко мне и взъерошивая мне волосы. – Но ты действительно временами бываешь очень грубым.
Я закатил глаза и отдернул голову в сторону от ее руки, и она засмеялась. Неужели весь мир сошел с ума?
- Эдвард, - отец жестом подозвал меня к себе. – Я бы хотел кое о чем с тобой поговорить. Пожалуйста, будь посдержанней сегодня. Я понимаю, вы с Беллой не очень ладите, но даже тебе следует признать, что она заслуживает твоего уважения.
Стиснув зубы, я кивнул в знак согласия. Я все еще не мог поверить, что она меня так называла. Черт подери. Целых девять месяцев! То есть, я думаю, я это заслужил; я сам в течение первых трех месяцев надеялся, что она сдастся и уволится. Но она удивила меня своим упорством и решительностью. И с тех пор все стало только хуже. Чем больше я хотел ее, тем большим ничтожеством я становился.
Звонок в дверь вырвал меня из раздумий. Возможно, это была она. Сердце бешено заколотилось в груди. Я слышал, как родители открыли дверь, и испытал облегчение – это всего лишь Майк. В школе мы были хорошими друзьями, но я не видел его с выпускного. Они поприветствовали друг друга и проследовали в заднюю часть дома, где собрались все остальные. Майк не сильно изменился за последние десять лет. Он был немного ниже меня ростом, худощавого телосложения, со светлыми волосами и голубыми глазами; и вполне возможно, девушки считают его привлекательным. Что только укрепило мою решимость держать мисс Свон подальше от него.
- Эдвард, - воскликнул он, подходя ко мне и протягивая руку. – Ну, здравствуй. Сколько лет прошло?
- Много, Майк. Я думаю, следует считать с окончания школы, - ответил я, крепко сжимая его руку. – Как у тебя дела?
- Замечательно. Дела действительно идут отлично, Эдвард. А у тебя? Я видел твои фотографии в журналах, поэтому могу предположить,  что у тебя все просто здорово, - ответил он с искренней улыбкой, осторожно похлопывая меня по плечу.
Я слегка кивнул в ответ и выдавил из себя улыбку. Оставляя Майка и остальных, я решил, что мне нужно несколько минут наедине с самим собой. Я поднялся по ступенькам в свою старую комнату, чтобы немного поразмыслить. Закрыв за собой дверь, я почувствовал себя спокойнее. В комнате мало что изменилось, с тех пор как мне было семнадцать. Даже пока я был в другой стране, родители сохранили ее практически в том же виде, в котором я оставил ее, уезжая в колледж. Присаживаясь на кровать, я всерьез задумался над ее отношениями с Майком. Он действительно отличный парень, и они вполне могут найти общий язык. Но, черт возьми, одна только мысль о том, что другой мужчина будет трогать ее, заниматься с ней сексом, заставила каждый мускул моего тела с ужасом содрогнуться. Я вспомнил тот вечер в машине, когда я сказал ей, что не могу остановиться. Даже сейчас, со всей моей напускной храбростью и решимостью, я не думаю, что смог бы остановиться. Мое тело изнывало от желания снова почувствовать ее. Прошло всего семь дней, и сколько бы я не пытался притвориться, что все это не правда, я думал только о ней.
Услышав оживленные голоса внизу, я решил, что пора взять себя в руки и с мужеством встретить все неприятности лицом к лицу. Преодолев последний лестничный пролет, я увидел ее. 

Она стояла спиной ко мне, и на секунду я забыл, как дышать. Оно было белым. Господи Всемогущий, ну почему белое! На ней было легкое летнее платье, немного не доходящее до колен, поэтому ее прекрасные стройные ноги были во всей красе. Верх платья был еще более откровенным – никаких рукавов, лишь тоненькие завязки через каждое плечо. Все, о чем я мог думать, это как сильно я хочу потянуть за эти утонченные ленточки и увидеть, как платье соскальзывает вниз по ее талии. На мгновение я подумал, что мне лучше вернуться наверх, но затем она обернулась. Наши взгляды встретились через всю комнату, и я понял – нет никаких шансов, что я выдержу этот вечер. Она была похожа на богиню.
А потом ее губы украсила легкая улыбка, которая казалась такой искренней, что даже я почти поверил. Я знал, что это просто шоу для моих родителей и Майка. Конечно, она постарается быть милой.
- Добрый вечер, мистер Каллен, - проговорила она мягким невинным голосом.
Я лязгнул зубами в изумлении – значит, играем роль перед моей семьей.
- Мисс Свон, - ответил я, слегка наклоняя голову в вежливом жесте и глядя ей прямо в глаза, которые так и норовили сузиться. Мы не разрывали наших взглядов, даже когда мама пригласила всех в патио на аперитив. Когда она проходила мимо меня, я повернул голову и проговорил так тихо, что слышала только она. – Ну, как, удачным был шопинг?
Она медленно перевела на меня свой взгляд, та же ангельская улыбка на ее лице.
- А вы хотели бы проверить, мистер Каллен? – ответила она нежным голосом с ноткой сарказма и, проведя рукой по моему плечу, продолжила идти в сторону патио. Даже от такого простого мимолетного прикосновения все мое тело напряглось. Мой план рассыпался прямо на глазах. – Кстати, у них появились новые пояса с подвязками.
Ее тихий смех эхом отозвался через весь холл, и она ускорила шаг, чтобы поравняться с Майком, но мой член лихорадочно запульсировал от ее слов. Она собирается помучить меня. Ну, что ж, игра началась, мисс Свон.
- Я надеюсь, ты не возражаешь, что я прислал тебе цветы вчера в офис. Признаю, это было чересчур, я просто не мог дождаться нашей встречи, - произнес Майк, и я почувствовал, как внутри что-то сжалось, когда она повернула голову ко мне.
- Цветы? Мне вчера доставляли цветы? – спросила она, глядя на меня осуждающим взглядом из-под сдвинутых бровей.
Я равнодушно пожал плечами и покачал головой.
- Нет, я не видел никаких цветов, - соврал я, проходя мимо них, и, выйдя наружу, налил себе выпить. Она убьет меня, если узнает правду.
Я не сводил с нее глаз весь вечер, и, когда, наконец, начался ужин, стало очевидно, что между ней и Майком все складывалось довольно гладко. Иногда она даже флиртовала с ним. Я не допущу!
- Белла, мистер и миссис Каллен сказали, что ты из Вашингтона? – голос Майка отвлек меня от созерцания мисс Свон, я повернулся к нему и увидел, что он мило ей улыбается.
Белла тоже, казалось, была застигнута врасплох его неожиданным вопросом, но спустя мгновение, она кивнула.
- Эм, да. Мой отец там начальник городского полицейского управления, и, когда мои родители развелись, я предпочла остаться с ним. Я никогда не любила большие города, а Сиэтл и вовсе вселял в меня страх. – Тихий смешок сорвался с моих губ, и ее взгляд тут же устремился на меня. – Вы находите это смешным, мистер Каллен?
Я самодовольно улыбнулся, делая глоток вина и глядя на нее поверх бокала. Ее бровь выжидающе поползла вверх, пока я поставил бокал на стол и, облизав губы, ответил.
- Простите, мисс Свон. Я просто нахожу весьма интригующим тот факт, что вы не любите большие города, и, тем не менее, предпочитаете жить в третьем по величине городе США.
Ее подбородок слегка подергивался, пока она изо всех сил старалась сохранить самообладание. Но затем улыбка снова засияла на ее лице, и, немного подавшись вперед,  она устроила локти по обе стороны от тарелки, и положила подбородок на скрещенные кисти рук. Взгляд в ее глазах говорил мне о том, что при других обстоятельствах, я бы уже лежал либо раздетый под ней, либо в луже собственной крови.
- Вообще-то, мистер Каллен, мой отец снова женился, а Чикаго – родной город моей матери. Поэтому я переехала сюда и жила с ней, пока она не умерла.
Она смотрела мне в глаза еще какое-то время, и я должен признать, в моей груди начало формироваться что-то отдаленно напоминающее муки совести. Но это чувство было подавлено в тот же момент, как только она снова повернулась к Майку, прикусывая нижнюю губу в невинном жесте, который только она могла заставить выглядеть так чертовски сексуально. Прекрати флиртовать с ним!
Я сжал кулаки, наблюдая, как они воркуют друг с другом, но затем у меня непроизвольно перехватило дыхание, когда я почувствовал, как что-то коснулось моей ноги. Когда я уже собирался заглянуть под стол, это что-то, что, несомненно, являлось ее ногой, крадучись поползло вверх по моей штанине. Я смотрел на ее губы, как они медленно сомкнулись вокруг вилки, и я почувствовал, как мой член начал твердеть, когда ее язычок пробежал по губам, собирая остатки соуса, оставленного рыбой.
- Ух-ты, одна из лучших студентов в Университете Нортвестерн. Здорово! – я услышал голос Майка, и затем он повернулся ко мне. – Бьюсь об заклад, ты счастлив, иметь под собой такого сотрудника как Белла, а?
Белла внезапно закашлялась при этих словах, прикрывая рот салфеткой. Я улыбнулся, быстро взглянув на нее, затем снова на Майка.
- О, да. Просто восхитительно иметь под собой мисс Свон. Она всегда прекрасно справляется с любой работой.
- Ах, Эдвард. Это так мило с твоей стороны, - мама начала изливать свои чувства, а я наблюдал за тем, как лицо мисс Свон начинает краснеть. И пока все вокруг нас улыбались, смакуя момент напускной нежности, ее глаза стреляли огнем в меня. Вдруг я почувствовал, как ее ступня оказалась у меня прямо между ног, надавливая на мой возбужденный член так, что я даже подавился вином.
- С вами все в порядке, мистер Каллен? – спросила она с притворным беспокойством, на что я ответил кивком со злобой в глазах. Она улыбнулась и снова развернулась к Майку. – Ну, а что на счет тебя? Ты из Чикаго?
Она продолжала нежно поглаживать меня носком туфли, и я пытался сохранить дыхание ровным. Когда он начал рассказывать ей о своем детстве, о том, как мы вместе ходили в школу, и наконец, о своем успешном бухгалтерском деле, я заметил, как притворный интерес на ее лице сменился подлинной заинтересованностью. Нет. Не суйся туда, Майк. Я скользнул левой рукой под скатерть и встретился с ее лодыжкой. Она даже вздрогнула слегка от прикосновения. Подушечками пальцев я рисовал маленькие круги на ее нежной коже, от чего ее нога немного подергивалась.
Но затем Майк сказал, что хотел бы встретиться с ней за ланчем как-нибудь на неделе. Моя рука машинально накрыла ее ступню сверху, сильней прижимая ее к моему члену. Она лишь снова усмехнулась.
- Ты ведь не возражаешь, Эдвард? – спросил Майк с радостью в глазах, а его рука устроилась на спинке стула Беллы. Я начал нервно подергивать ногой, успокаивая себя, чтобы не вскочить и не оторвать его белобрысую голову.
- Кстати, на счет свиданий за ланчем, - Роуз вмешалась в разговор, постукивая меня по плечу. – Помнишь мою подругу, Меган? Ты видел ее у нас дома в прошлом месяце. Двадцать пять лет, приблизительно моего роста, блондинка, голубые глаза. Как бы то ни было, она спрашивала твой номер. Заинтересован?
Я снова взглянул на Беллу, когда почувствовал, как напряглись сухожилия на ее ноге, и я видел, как она медленно сглотнула, ожидая моего ответа.
- Конечно. Роуз, ты же знаешь, что я предпочитаю блондинок. Хоть какая-то перемена обстановки.
Я еле сдержал крик, когда ее каблук вонзился в мои яйца, и она выдернула ногу из моей руки. Подняв салфетку с колен, она встретилась со мной взглядом, стиснув зубы, чтобы сохранить самообладание.
- Извините, мне нужно в дамскую комнату, - произнесла она, бросая салфетку на стол, и, встав из-за стола, направилась к дому.
- Эдвард, - услышал я суровый голос своего отца и повернулся к нему. – Я думал, мы договорились.
Я небрежно схватил свой бокал вина и поднес его к губам.
- Не понимаю, о чем ты говоришь, - ответил я, пытаясь сохранить в своем голосе спокойствие, и сделал глоток.
- Эдвард, - продолжила мама. В ее глазах я видел строгий взгляд, который я помнил еще с детства. – Я думаю, ты должен извиниться.
- За что?! – удивился я, хлестко опуская бокал на стол.
- Эдвард! – воскликнул отец категорично, не оставляя возможности для дальнейшего спора, и я, швырнув салфетку на стол, резко выдвинулся из-за стола.
Разъяренным вихрем я пронесся через весь дом, обыскивая каждую ванную комнату на первом и втором этажах, пока, наконец, не добрался до третьего, где одна из ванных дверей была закрыта. Стоя снаружи и держась за ручку двери, я вел внутреннюю борьбу. Что случится, если я войду внутрь? Я хотел только одного, и это даже отдаленно не напоминало разговор. Я подумал о том, чтобы постучать, но я знал наверняка, что она не откроет. Я осторожно прислушался, но не услышал ни звука. Медленно поворачивая ручку, я был удивлен, обнаружив, что дверь не заперта. Ярость все еще струилась по моим венам при одной только мысли о том, что он может трогать ее.
Я всего пару раз был в этой ванной комнате после того, как мама ее переделала. Из-за того, что она на третьем этаже, ею редко пользовались. Мне показалось это весьма странным, что в таком огромном доме, со множеством ванных, мисс Свон предпочла воспользоваться именно этой. Может быть, она знала, что я последую за ней? Поэтому она оставила дверь не запертой? Пульс застучал в ушах от одной только мысли.
Это была красивая комната в Викторианском стиле. Она вмещала ванну в форме когтистой лапы, умывальник на пьедестале, отделенный туалет и шикарный туалетный столик с антикварным овальным зеркалом и различными флаконами с лосьонами и духами. Над столиком располагалось занавешенное кружевом окно, которое выходило на патио и сад внизу. Она сидела на маленькой скамейке перед столиком и выглядела такой женственной и такой утонченной в этом восхитительном белом платье. Со стороны казалось, будто она была частью этой великолепной комнаты.
- Что вы здесь делаете? – спросила она тихо, глядя на меня через маленькое овальное зеркало, висящее над туалетным столиком. Снимая колпачок с губной помады, она медленно нанесла ее на свои безупречные губы, не сводя с меня глаз.
- О, я думаю, вы прекрасно знаете, что я здесь делаю, - ответил я также тихо, закрывая за собой дверь на замок, характерный щелчок прозвенел в безмолвной комнате. Все еще не отрывая взгляд от ее отражения, я видел, как тяжело вздымалась и опускалась ее грудь. Она была так же взвинчена, как и я. При этой мысли уголки моих губ изогнулись в небольшой улыбке, и она ответила мне пронзительным взглядом.
- Чтобы вы не подумали, - сказала она, собирая свою косметику в сумочку. – Вам лучше вернуться. Они заскучают без вас.
- Нет. Вообще-то, не заскучают, - ответил я, продолжая улыбаться. – На самом деле, отец послал меня сюда, чтобы найти вас. Очевидно, он думает, что я задолжал вам своего рода извинения.
- Я согласна с ним, - пробормотала она еле слышно.
- Видите ли, - ответил я спокойным голосом, медленно сокращая расстояние между нами. – Мой отец, да и все остальные, не в курсе той маленькой игры, которую вы вели со мной под столом.
Ее глаза слегка расширились, и дыхание стало чуть более сбивчивым.
- Какая проказница!
- Возможно, без вас никто и не заскучает. Но меня определенно кое-кто ждет.
Она встала и повернулась к выходу, и, проходя мимо меня, задела меня плечом. Встав у нее на пути, я уперся рукой в дверь, не давая ей возможности открыть ее.
- Я так не думаю, мисс Свон, - прошептал я, наклоняясь ближе к ее лицу. – Я полагаю, нам двоим надо кое-что обсудить. Вы никуда с ним не пойдете. – Мои губы слегка касались ее кожи за ухом, посылая мелкую дрожь через все ее тело. – Видите ли, он претендует на то, что является моим, и он этого не получит.
Она закрыла глаза на мгновение, вслушиваясь в мои слова, а ее тело напряглось.
- Я могу делать все, что хочу, мистер Каллен, - ответила она нежно. И я увидел, какой эффект на нее произвожу: по ее коже побежали мурашки, а ее учащенное дыхание я чувствовал даже сквозь рубашку. Медленно она подняла на меня свои глаза, и ее взгляд застыл. – И я не ваша.
- Возможно, вы так думаете, - прошептал я, мои губы бродят в миллиметре от ее шеи. – Но ваше тело, - продолжил я, забираясь рукой под подол ее платья и прижимая ладонь к влажному кружеву, - говорит нечто противоположное.
Ее глаза закрылись, и низкий стон слетел с ее губ, когда мои пальцы стали выводит медленные круги около ее клитора.
- Иди на хер, - слова были едва слышны, но я почувствовал, как они задрожали на моих губах.
- Лучше ты, - ответил я хрипло ее шее. Она застонала, и я грубо прижал ее к двери ванной. Стиснув ее запястья в своих руках, я поднял их у нее над головой и получил от нее еще один стон. Она действительно любит по-грубому. Следует запомнить это на будущее. Прежде чем я даже успел раскритиковать себя за подобные мысли, я наклонился и обрушил свои губы на ее. Чувства, нахлынувшие на меня от одного лишь поцелуя, мгновенно завели меня, и я прижался к ней своим возбужденным достоинством.
- О Господи, - она томно застонала, и ее голова наклонилась в сторону, открывая мне доступ к ее великолепной шее. – Нам не следует этого делать.
Мои губы побежали вниз, вдоль ключицы к ее плечу.
Заключая обе ее руки в одну свою, я свободной рукой медленно потянул за тоненькую завязку, на которой держался верх ее платья, и встретил поцелуями новые обнаженные участки ее тела. Двигаясь к другому плечу, я повторил действия и вскоре был вознагражден, когда платье соскользнуло к ее талии, выставляя на показ невероятно сексуальный белый кружевной лифчик без бретелек. Твою мать! Есть у этой женщины хоть что-нибудь, от чего мой член не твердеет в мгновение ока? Мои губы нежно прокладывали путь к ее груди, пока свободная рука потянулась к застежке лифчика. Я ни за что не упущу возможность увидеть ее обнаженную грудь. Крючок легко расстегнулся, и кружево упало на пол, представляя моему вниманию образ, который наполнил каждую из моих многочисленный фантазий. Я обхватил губами один розовый сосок, и она громко застонала, слегка сгибаясь в коленях.
- Шшш, - прошептал я, целуя ее бархатную кожу.
Я немного приподнял ее, и она тут же обвила мою талию ногами, плотно прижимая наши тела друг к другу, и мы оба застонали от ощущения такой близости. Я освободил ее руки, и она сразу же запустила их в мои волосы, грубо притягивая меня ближе. Черт подери, я обожаю, когда она так делает. Сильнее прижимая ее к двери, я вдруг понял, что слишком много одежды на моем пути. Я хочу чувствовать жар ее тела на своей коже. Она словно прочитала мои мысли, и ее пальчики быстро переместились к моим бокам и стали вытягивать рубашку из брюк, и затем, не расстегивая, она просто сняла ее с меня через голову. Ощущение ее обнаженной груди на моей отдалось еще одной волной похоти.
Она напряглась, услышав смех, доносящийся с наружи сквозь слегка приоткрытое окно. Я взглянул на нее и увидел, что на ее лице промелькнули какие-то новые эмоции. Наши глаза встретились. Она выглядела так, будто хотела что-то сказать, но не решалась.
- Нам не следует делать этого, - произнесла она, покачав головой. Она попыталась отстраниться от меня, но я еще плотнее вдавил ее в дверь. – Он ждет меня.
- Ты хочешь его? – спросил я грубо, так как во мне начинала закипать ярость. Ни за что на свете он не заполучит ее, тем более в постель. – Ответь мне, - повторил я еще более рассерженно. Ее глаза сверлили меня взглядом, но она молчала. Резко опустив ее на пол, я притянул ее к туалетному столику и встал позади нее. С того места, где мы стояли, открывался отличный вид на патио. В частности на Майка. И я не смог сдержать улыбки.
Схватив ее за волосы, я притянул ее к себе, так что ее обнаженная спина касалась моей груди, и склонился к ее уху.
- Видишь его? – спросил я, в то время как мои руки стали скользить по ее груди. – Посмотри на него. – Едва касаясь ее кожи, я провел рукой вниз по ее животу, вдоль повисшего на талии платья и к ее бедрам. – Пробуждает он в тебе такие чувства? – Мои пальцы взлетели вверх по бедру, прямо в ее трусики. Низкое шипение сорвалось с моих губ, когда я почувствовал там влагу. Она застонала и подалась ко мне попкой. Превосходно. – Чего ты хочешь? - прошептал я, скользя губами вдоль ее плеча.
- Черт. Я не знаю, - ответила она в отчаянии. Но даже когда она говорила это, ее бедра продолжали тереться об меня.
Мои пальцы продолжали погружаться в нее, и больше всего на свете я хотел, чтобы это был мой член.
- Посмотри на него, Белла. Ты знаешь, чего ты хочешь.
Она еле слышно выругалась, услышав свое имя. И, черт подери, было так приятно произнести его.
- Трахни меня. Пожалуйста. Мне нужно почувствовать тебя внутри себя.
Ей не надо просить меня дважды. Я быстро расстегнул свои брюки и спустил их вниз. Задрав юбку, я схватил ее трусики, намереваясь стянуть их с нее, когда она прошептала:
- Порви их.
Твою мать. Я обожаю то, что ей нравится это. Никогда и ни с кем прежде я не испытывал такую необузданную, первобытную страсть. И это охренительно заводит меня. Зажав их в кулаке, я с легкостью порвал ткань, и она испустила легкий стон. Бросив трусики на пол, я пробежал рукам вверх по ее телу, к ее плечам, затем мои пальцы не спеша соскользнули вниз по ее рукам, располагая их на столике перед нами, и слегка наклоняя ее. Я взял свой член в руку и немного подразнил ее, едва касаясь головкой входа во влагалище.
Мой член сотрясался от вида, открывшегося передо мной: ее прекрасное тело, согнутое передо мной, ее платье, теперь покоящееся на ее талии, ее безупречная попка во всей красе, и на секунду я задумался, занималась ли она сексом в такой позе. С ней я всегда хотел пробовать что-то новое, что-то, чего не хотел раньше. И я хотел стать для нее проводником в этом мире новых ощущений. От одной только мысли я закусил нижнюю губу и медленно вошел в нее.
Господи, как же давно этого не было. Как я мог подумать, что смогу удержаться от этого? Мы оба застонали, когда я вышел из нее и снова вошел. Наклоняясь, я поцеловал ее между лопаток и снова прошептал:
- Шшш.
Но сам я не смог сдержать очередной стон, когда она толкнулась бедрами навстречу мне, позволяя мне глубже проникнуть в нее. Я знал, что не продержусь долго, если она продолжит эти движения, но непреодолимое желание быть внутри нее становилось все больше и сильнее.
И снова смех донесся с улицы, вырывая меня из моих мыслей. Там внизу сидел Майк, и он хотел отнять у меня это. От одной только мысли я начал трахать ее жестче. Из-за силы моих движений бутылочки и флаконы на столике закачались и стали падать, но меня это совсем не волновало. Схватив ее за волосы, я снова прижал ее спиной к моей груди.
- Видишь его? Думаешь, он тоже сможет доставить тебе такое удовольствие? – я продолжал трахать ее, заставляя при этом смотреть в окно.
Я знал, что я срываюсь в пропасть. Снова мои прочные стены рушились вокруг меня, но в данный момент меня это не волновало. Мне нужно как следует оттрахать ее, чтобы сегодня ночью ложась спать, она помнила меня. Свободной рукой я провел вверх от ее бедра к ее груди, сжимая ее в ладони и слегка пощипывая ее сосок.
- Боже мой, - простонала она. – Нет, никто никогда не доставлял мне такого удовольствия.
Услышав от нее эти слова, меня поглотила животная гордость, которой я никогда раньше не испытывал. Скользнув рукой вниз по ее бедру, я обхватил ее ногу под коленом и поднял ее на стол, открывая для себя больший доступ и проникая глубже в нее. Она вдруг прерывисто задышала от ощущений, доставляемых новой позицией, а я целовал и покусывал ее плечи и шею.
- Чувствуешь, как идеально подходят наши тела? – простонал я ей в шею. – В тебе чертовски хорошо. И когда ты спустишься вниз, я хочу, чтобы ты помнила это. Помнила, как это приятно, когда мой член трахает тебя.
Ощущения становились все более интенсивными, и я знал, что приближаюсь к концу. Я с ужасом осознал, что это будет в последний раз. Я был в отчаянии. Я жаждал ее, как наркоман дозу в период ломки, и это чувство поглотило мою каждую сознательную мысль. Она начала неистово толкать бедра навстречу моим движениям, и я понял, что она тоже приближается к финишу. Взяв ее руку в свою, я переплел наши пальцы и повел их вниз по ее телу, к ее клитору, лаская и поглаживая его. Затем я продвинул наши руки дальше, к тому месту, где мы соединялись воедино, и я не сдержал стон, когда нащупал свой член плавно скользящий в ней.
- Чувствуешь это? – прошептал я ей на ухо, раздвигая наши пальцы так, что они обхватили моего дружка по обе стороны.
Она повернула голову и громко простонала мне в шею. В этом плане я знал ее достаточно хорошо, чтобы понять, что она вот-вот кончит. Она стала сжиматься вокруг моего члена, а ее дыхание стало совсем поверхностным и частым. С каждым движением мы приближались к концу, и мне надо было что-то делать, чтобы не выдать нас. Убрав руку из ее волос, я нежно накрыл ее рот и прошептал ей на ухо, что ей следует быть потише. Но как только ее приглушенные крики заполнили пространство небольшой комнаты, я почувствовал, как мой собственный оргазм начал формироваться внизу живота. Ее рука спустилась с моих волос и накрыла мой рот, а я прикрыл глаза, позволяя волне блаженства накрыть меня с головой. Мой последний толчок был сильным и глубоким, и я почувствовал, как кончаю в нее.
Медленно я открыл глаза. Поцеловав ее ладонь, я убрал ее от своего рта и опустил лоб на ее плечо. Голоса все также доносились до нас снизу, что означало, никто не в курсе того, что только что произошло. Она откинулась назад на меня, и какое-то время мы простояли так в тишине.
Медленно она начала отодвигаться от меня, и я немного нахмурился от потери контакта. Я наблюдал за тем, как она расправила низ платья, надела лифчик и попыталась завязать бретельки. Нагнувшись, чтобы надеть свои брюки, я наткнулся глазами на порванное кружево на полу. Схватив трусики, я быстро запихнул их в карман брюк и застегнул ширинку. Я взглянул на нее и увидел, что она все еще сражалась со своими завязками. Придвинувшись к ней и убрав ее руки, я завязал лямки, не глядя ей в глаза.
Только однажды мы взглянули друг на друга в неловкой тишине, когда я убрал руки от бретелек и отошел на шаг назад. Я сомневаюсь, что кто-то из нас был удивлен, что это случилось снова. Должен признать, это становилось практически неопровержимой силой. Мы сделали несколько дрожащих вздохов, пытаясь восстановить дыхание, и отвернулись друг от друга, направляясь к двери. Я дотянулся до дверной ручки и открыл ее, и мы встали как вкопанные, пораженные увиденным.
Прямо на пороге, скрестив руки на груди и понимающе изогнув бровь, стояла Розали. Ее глаза метались между нами.
- Я думаю, нам троим надо серьезно поговорить.

Комментариев нет:

Отправка комментария