вторник, 10 июля 2012 г.

Глава 13. Je suis a toi


Спокойно оттолкнувшись от края бассейна, я плавно заскользила сквозь тускло освещенную толщу воды. Я старалась плыть энергично, выжимая все силы из своего тела, надеясь, что боли в моих переутомленных мышцах будет достаточно, чтобы заглушить эту непрекращающуюся боль в груди. Мне нужно это чувствовать. Мне нужно физическое напряжение, чтобы провалиться в беспамятный сон этой ночью. Мне нужно быть уверенной, что вернувшись в свой номер, я буду слишком истощена, чтобы думать о том, что я одна, что я открыла ему свое сердце и наконец призналась в своих чувствах, только чтобы он вытер об меня ноги.
Достигнув противоположного бортика, я так же оттолкнулась от него и погрузилась глубже, надеясь утопить каждую крупицу боли, что причинял мне его отказ. Все было просто идеально, и я до сих пор не хотела верить, что он решил покончить с этим. Я даже не знаю, что случилось. В один момент мы были счастливы, настолько счастливы, насколько позволяла наша ситуация, а в следующий… он ушел.

Когда мы вышли с собрания, глаза, что посмотрели на меня, не были теми нежными, добрыми глазами,  к которым я уже привыкла за эту неделю. Он был холодным и сдержанным, рассказывая мне о своих планах на вечер. Я изо всех сил старалась скрыть удивление и боль, но внутри меня разгоралась настоящая битва. Что изменилось? Что я сделала? Та обиженная, неуверенная в себе девочка не имела ничего общего с женщиной, которой я всегда была, которой я гордилась. И тогда, видя, как он уходит, я поняла – все кончено.
Вынырнув на поверхность, я легла на спину, позволяя теплой воде держать меня наплаву. Качаясь на волнах, я постаралась выкинуть все из головы хотя бы на минуту и посмотрела на звезды в иссиня черном небе. Здесь наверху было так прекрасно, и я снова поймала себя на мысли, что хотела бы разделить этот момент с ним.
Впервые с самого утра я задумалась над тем, что произошло, и какого это было просыпаться в его объятиях. Уже через несколько секунд после пробуждения, я снова чувствовала предпосылки этой непрошеной паники, зарождающейся во мне, и я вылезла из кровати, нуждаясь в некотором личном пространстве перед тем, как снова встретиться с ним. Натянув свой халат и направившись на балкон, я снова отругала себя за нехватку смелости, чтобы просто поговорить с ним. Может быть, я боялась, что мне не понравится то, что он скажет? А может, дело во мне? Может быть, я боюсь взглянуть в лицо своим чувствам? Я просто знаю, что однажды открыв эту дверь и, в конце концов, допустив их существование, для меня уже не будет пути назад.
Я удивилась, почувствовав его руки на своей талии, но не удивилась тому, каким правильным это казалось. Все, что связано с ним, кажется таким правильным, и от этого только труднее поверить в реальность происходящего. Когда все только начиналось, я знала, что у нас нет будущего, но тогда это не было проблемой. Я никогда не хотела от него ничего большего. Я хочу сейчас.
- Тебя не было в кровати, - прошептал он между поцелуями, которыми одаривал мою шею.
- Я знаю, - ответила я, гадая, выдал ли мой голос то чувство вины, что я испытываю за свою трусость. Я не смогу ему объяснить почему. Почему каждое утро я украдкой выползаю из постели, боясь встретиться с ним лицом к лицу, боясь того, что я могу увидеть, когда взгляну на него, лежащего рядом со мной. Я была благодарна ему за то, что он ничего не спрашивал, и я растаяла в его объятиях. Его руки идеально обвивались вокруг меня, и я не смогла сдержать кроткий стон, когда его пальцы коснулись моего соска.
Закрыв глаза, я вспомнила, возможно, последний раз, когда мы были вместе.
- Ты такая красивая, - сказал он.
Мне говорили эти слова и прежде, но я никогда в действительности не знала, насколько значимыми они могут быть. Он заставлял меня чувствовать себя по-настоящему красивой. Еще никогда я не была такой открытой с мужчиной, в физическом плане, позволяя ему изучать каждую часть моего тела. Он всегда смотрел на меня с изумлением и восхищением, не позволяя мне чувствовать себя пристыженной. Надеюсь, он знает, как много для меня это значит.
Медленно перебирая руками, чтобы остаться на плаву, я вспомнила, как мы стояли с ним под моросящим дождем, просто наслаждаясь компанией друг друга. Вспомнила, как его руки плавно двигались вдоль моего тела, соскальзывая под халат и лаская мою голую грудь. Я облокотилась на него, чувствуя, что он уже возбужден. Его потребность во мне казалась почти такой же ненасытной, как и моя потребность в нем. Я знала, что у нас нет времени. Мы не можем продолжать отодвигать наши обязанности на второй план, лишь чтобы утолить эту растущую между нами страсть. Однако снова я не смогла сказать «нет».
Он игриво бросил меня на кровать, в одно мгновение распахивая мой халат, а в другое – он уже был во мне. Этот раз был нежным и по-своему дразнящим, но таким непохожим на наши предыдущие занятия сексом. Он целовал мои глаза, нос, щеки, не оставляя без внимания ни единой части тела. Он шептал мне вещи, которых я не понимала, однако, они говорили мне о многом, будто я знала каждое слово. В тот момент я дала себе слово, что однажды выучу французский. И когда мы вместе кончили, я осознала, что где бы я ни искала, я никогда снова этого не найду.
Решив, что пора вернуться в реальность, я подплыла к бортику и вылезла из бассейна, мысленно благодаря все эти огромные обогреватели вокруг патио. Вздрогнув от предупредительного кашля позади меня, я обернулась. Я была поражена, обнаружив его там. Он хотел поговорить, объяснить, что произошло, что это было лишь недоразумение. Он испытывал то же чувство вины и страх, что и я.
Даже когда его пальцы пробежали по моей скуле, и его рука спряталась у меня в волосах, я старалась отстраниться. Но я не смогла закончить предложение, чтобы сказать ему, что я не смогу сделать этого. Я пыталась бороться с тем, как все внутри меня трепетало от его прикосновений, и как сжалось мое сердце, когда он сказал, что хочет меня.
- Я знаю, чего хочу, - сказал он. – Я хочу тебя, но я не знаю, как сделать все правильно. Быть с тобой и сделать это правильно. Скажи мне, как, Белла.
Я устремила на него пристальный взгляд, видя в его глазах отражение своих собственных надежд и страхов. Я хочу его больше, чем когда-либо что-то хотела. И когда он посмотрел в мои глаза и сказал, что он итак мой, я сломалась.
Я поднялась на носочки, встречаясь с его губами в глубоком, требовательном поцелуе. Но этого было мало, и в отчаянной попытке подтвердить все недавно сказанное, я взяла инициативу на себя. Мои руки бродили по его телу, быстро разочаровываясь в недостатке обнаженной кожи под моими пальцами. Я вытянула его рубашку из брюк и в спешке оторвала несколько пуговиц, стараясь поскорей избавиться от этих преград между нашими телами. Дыхание участилось, как только я почувствовала, что его теплые руки подобрались к моей груди, и я окончательно растворилась в нем, когда он зашептал что-то, касаясь губами моей влажной кожи.
Наша одежда была быстро сброшена, потеряна и забыта на гладком деревянном полу. Он нужен мне прямо сейчас, и я толкнула его назад, оседлав его бедра, как только он погрузился на плюшевые подушки. Мои губы исследовали его тело дюйм за дюймом, стараясь навсегда запечатлеть в мозгу этот вкус и эти чувства. Я приподнялась над ним, и как только я впустила его внутрь, раздался обоюдный стон. Я вращала бедрами, а он приподнимался навстречу мне, наши тела двигались в унисон, как единое целое. Все мое сознание было направлено на этот акт, ощущая его каждой клеткой своего существа. Волна эмоций начала набирать обороты, и безупречность момента грозилась накрыть меня с головой. Я почувствовала, как он внезапно привстал, обхватив меня руками, и уткнулся лицом мне в грудь. Все те чувства и страх, от которых я пыталась спрятаться, вырвались наружу, и я уже не могла остановить слезы, собирающиеся за закрытыми веками. Я прошептала его имя и обхватила его руками и ногами, желая чувствовать его ближе.
- Боже мой, Белла. Ты нужна мне.
Его слова были простыми, однако, они затронули потаенные уголки моего сознания. Его рука ласково обрамила мое лицо, и он поцеловал мои губы. Я почувствовала, как все мое тело начало напрягаться в поисках чего-то недосягаемого. Его движения ускорились, я попросила его сказать то, что мне нужно было услышать.
- Je suis à toi, - шептал он мне на ухо снова и снова. Слова были чужими для меня, но чувства, скрывающиеся за ними, нет. Они разрушили последнюю из преград, и в тот момент я поняла, я не смогу жить без него. Он изменил мой взгляд на мир и на саму себя, и я знала, что уже никогда я не взгляну на вещи прежними глазами. Слезы покатились по моим щекам, как только сила нашей физической и эмоциональной связи поглотила меня. Но его встревоженный голос вернул меня в действительность. Он притянул меня к себе и осторожно лег на спину.
Прижавшись лицом к его груди, я закрыла глаза, наслаждаясь ощущениями, которые мне дарили наши переплетенные пальцы. Целуя мои волосы, он прошептал какие-то нежные слова, и я довольная приютилась на его плече. В тот самый момент, растворившись в жарких объятиях этого сложного и прекрасного мужчины, я поняла – все на своих местах. Лишь на грани моего сознания замаячили противоречивые мысли, пытаясь прорваться и лишить меня этого, но я не позволю им. Этой ночью, пока не встанет солнце и не будет упакован последний чемодан, он только мой.
В воздухе чувствовалась прохлада, и даже несмотря на обогреватели, на моей коже отражалось явное падение температуры. Все мое тело покрылось гусиной кожей, но я не желала прекращать этот момент. Мягкие губы прижались к моим волосам и задержались. Его теплое дыхание щекотало кожу головы, и я вздохнула, радуясь такому простому, однако, интимному жесту. Не знаю, как долго мы оставались в таком положении, прежде чем его голос прорвал тишину.
- Возможно, нам лучше спуститься вниз, - проговорил он. Мне показалось или ему тоже не хочется уходить отсюда? – Становится холодно, а твои волосы все еще мокрые. – Его рука переместилась с моего плеча в волосы, и глаза закрылись против моей воли, чувствуя, как его пальцы играют с моими мокрыми локонами.
- Я знаю, - вздохнула я, но никто из нас не двинулся с места. Он сделал глубокий вдох, и моя голова приподнялась и опустилась на его груди. О чем он думает? Размышляет ли он о том, что случится завтра? Смотрит ли он на этот чертов багаж, притаившийся в углу, с тем же презрением, что и я?
Повернув голову, я провела носом по гладкой коже, на которой я так уютно устроилась, наслаждаясь его ароматом. Я оставила несколько невинных поцелуев вдоль его ребер и взглянула на него. Он внимательно смотрел на меня, с каким-то странным и напряженным выражением на лице. Наши взгляды задержались, и сердце сжалось еще больнее.
- Пойдем со мной, - сказал он тихо.
Я кивнула, все еще глядя в его глаза, и он снова глубоко вздохнул, отчего его теплое дыхание окутало мое лицо. Прошло несколько минут, прежде чем он зашевелился и, медленно привстав, потянул меня за собой. Распутав наши ноги, он окинул взглядом пол патио в поисках нашей одежды.
Мы быстро оделись, и когда он потянул меня за руку в сторону лифта, я оглянулась. Мне не хотелось покидать это идеальное место и все, что я здесь испытала. Мы прошли через изысканные металлические ворота и оказались в отеле, и я готова поклясться, в этот раз обрушившаяся на нас реальность едва ощущалась. Наши пальцы были все еще переплетены, и он притянул меня к себе вплотную, когда двери лифта закрылись.
Нежно, я начала целовать его шею, и получив поощрение в виде тихого стона, я встала на цыпочки, слегка прикасаясь к его губам. Свободную руку он запустил ко мне в волосы, наклоняя мою голову и углубляя поцелуй. Я и не заметила, что лифт доехал до нашего этажа, пока он не потянул меня за собой, не отрываясь от моих губ. В нетипичной для себя манере, он продолжал целовать меня, в тоже время, двигаясь задом наперед вдоль холла. Мы врезались в стену, и он улыбнулся, не прерывая поцелуя, затем взял карту из моих рук и, немного помучавшись, все-таки вставил ее в замок. Мы ввалились в номер, прекращая поцелуй только на секунду, чтобы он смог повесить табличку «Не беспокоить» на ручку двери.
*~*~*~*~*
Не успела я открыть глаза, как меня тут же наполнило странное чувство, будто что-то не так. Я провела рукой по простыне, в попытке убедить себя, что он здесь, и обнаружила только пустующее место рядом с собой. В комнате было темно, и я дотянулась до прикроватной тумбочки за телефоном, чтобы посмотреть время. 2:43. Я села и потерла глаза, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в темноте, и успокоилась, заметив тоненькую полоску света, просочившуюся из-под двери ванной комнаты. Дыши спокойно, Белла. Он просто в ванной.
Откинувшись обратно на подушки, я натянула покрывало до подбородка и постаралась прогнать это дурацкое чувство, с которым проснулась. Меня одолевал необъяснимый страх, что он может уйти, пока я буду спать. Несмотря на все, что произошло там, у бассейна, я не могла избавиться от этого страха, что он снова начнет отдаляться, и я не имею ни малейшего понятия, что мне тогда делать.
Снова взглянув на часы, я испустила стон недовольства. Через четыре часа и восемь минут мы будем в самолете на пути домой. Дом. Слово, которое некогда наполняло меня чувством уюта и защищенности, теперь заставляло мою грудь сжиматься от страха и тревоги. Возвращение домой означало возвращение к тому образу жизни, который, очень вероятно, положит конец всему тому, что мы обрели за эту неделю. Внутри меня все опустилось, как опускалось каждый раз, стоило этой мысли проникнуть мне в голову. Я могла бы постараться и отстраниться от подобных размышлений, но это не изменило бы того факта, что завтра к этому времени я буду в своей собственной кровати в Чикаго. Одна.
Я перевернулась на бок и обняла подушку, в качестве утешения. Его подушку. Мои глаза закрывались сами по себе, и я подумала, могу ли я забрать эту подушку с собой. Я почти засмеялась над абсурдностью этой идеи и посмотрела в сторону ванной, пытаясь услышать хоть какие-то звуки оттуда. Но было тихо.
Я продолжала так лежать, вцепившись в его подушку, когда почувствовала, как тяжелеют веки. Я хотела дождаться его. Я знаю, это ужасно глупо, но мне необходимо его горячее тело рядом со мной и его сильные руки, обнимающие меня, в подтверждение того, что все это правда. Я вздохнула и тихонько улыбнулась, представляя, как он держит меня в своих руках, шепчет, что это реально, и что ничего не изменится с наступлением утра. Вскоре мои глаза закрылись, и я снова провалилась в тревожный сон.
Какое-то время спустя, я опять проснулась, обнаруживая, что я все еще одна. Быстро перекатившись на другой бок, я взглянула на часы. 3:14. Что? Пробираясь на ощупь в кромешной тьме, я надела первое, что попало под руку, и направилась к ванной комнате.
- Эдвард? – Ответа не последовало. - Эдвард?
Стон и едва различимое шарканье послышалось с той стороны двери.
- Уходи. – Голос был сиплым и эхом отдавался от стен ванной.
- Эдвард, ты в порядке?
- Я просто неважно себя чувствую. Все будет хорошо, возвращайся в постель.
- Тебе что-нибудь принести? – Предложила я.
- Нет. Пожалуйста, просто вернись в постель.
- Но…
- Белла, - возразил он, очевидно, мои вопросы стали выводить его из себя.
Ладно. Я развернулась, неуверенная в том, что же мне делать, борясь с каким-то странным тревожным чувством. Он когда-нибудь болел? За весь этот год, что мы работаем вместе, я видела его максимум с насморком. Само собой разумеется, он не хочет, чтобы я ошивалась около двери, но и спать я теперь тоже не смогу. Подойдя к кровати, я расправила покрывала и направилась в гостиную комнату. Захватив по дороге бутылку воды из мини-бара, я устроилась на диване.
Если он заболел и его тошнит, значит, мы не попадаем на наш рейс через пару часов. Я знаю, это неправильно и отвратительно, что я даже подумала об этом, но все же я не могла не поддаться мимолетному чувству радости. Мы не уезжаем. Ни сейчас.
Немного успокоившись, хотя все еще виня себя за те мысли, я включила телевизор и начала щелкать по каналам. Реклама. Скучный фильм. Nick at Nite[1]. О, Мир Уэйна. Облокотившись на мягкую спинку дивана и поджав под себя ноги, я приготовилась ждать. Посреди фильма, из ванной донеслись звуки льющейся воды. Я повернулась и прислушалась, потому что это был первый звук почти за целый час. Дверь ванной открылась, и я вскочила с дивана, хватая по пути еще одну бутылку воды.
- Тебе лучше? – Спросила я с беспокойством.
- Да, намного. Думаю, мне просто надо поспать, - ответил он, забравшись в кровать, и уткнувшись носом в подушку.
- Что…что с тобой было? – Я поставила воду на тумбочку и присела на край кровати рядом с ним.
- Проблемы с желудком. Думаю, это суши. Его глаза были закрыты, и даже в тусклом свете, пробивающемся из соседней комнаты, он выглядел просто ужасно. Он немного отвернулся от меня, но я не обратила на это внимание, положив одну руку ему на волосы, а другую на щеку. Его волосы были мокрыми, а лицо бледным и липким, и, несмотря на его первоначальную реакцию, он прильнул к моей руке.
- Почему ты не разбудил меня? – Я убрала волосы с его лба.
- Потому что меньше всего на свете я хотел, чтобы ты была там и наблюдала за тем, как меня рвет, - ответил он сердито, и я закатила глаза, протягивая ему бутылку с водой.
- Я могла бы чем-нибудь помочь. Тебе не нужно доказывать, что ты Мужчина, - поддразнила я его, с облегчением глядя, что он тоже закатил глаза в ответ.
- Я не хотел будить тебя. – Он посмотрел на меня, прежде чем снова опустить взгляд вниз. – У нас рейс через два часа. Тебе нужно было поспать.
- Нет, - возразила я, тряся головой и укрывая его одеялом. – Мы никуда не едем. Ты отдыхай, а я позабочусь об остальном.
Я удивилась, когда он не стал спорить, а просто кивнул головой в знак согласия.
- Хорошо, спасибо, что не упрямишься.
Он пробормотал что-то себе под нос и, перевернувшись на другой бок, почти сразу заснул.
Схватив с комода свой Блэкберри и карту от его номера, я уже собиралась выйти в холл, когда заметила, что на мне было надето: его рубашка с прошлого вечера. Только его рубашка. Я не могу выйти из номера в таком виде. Порывшись в чемодане, я нашла шорты от пижамы и натянула их на себя. Будем надеяться, что никто не бродит по коридорам в такой час. Высунув голову за дверь, я изучила положение дел справа и слева по коридору и пулей промчалась до его двери. Господи, почему у меня такое ощущение, будто я совершаю преступление? Поспешно проникнув в его номер, я взяла его портфель, туалетные принадлежности и сменную одежду. Я направилась обратно к себе, мысленно составляя список дел, который мне нужно сделать. В этом я профи: ответственность за организацию и составление планов и расписаний – мои прямые обязанности. Надеюсь, это хоть ненадолго отвлечет меня от непрошеных мыслей.
Войдя в свой номер, я поставила его портфель на стол, и вместе с его вещами направилась в спальню. Меня встретили звуки его глубокого равномерного дыхания, и я не смогла устоять перед соблазном провести пальцами по его волосам и поцеловать его в лоб. Он чуть заворочался, и я быстро отшагнула назад, не желая разбудить его. Оставив его вещи в ванной, я взяла все, что мне нужно, и приступила к работе.
Перенести рейс оказалось труднее, чем я думала. В промежутке между встречей, которую невозможно перенести за такой короткий срок, и тонной забронированных билетов, единственным вариантом для нас было лететь сегодня поздним вечером. Я забронировала нам билеты и молилась, чтобы он был прав, и это лишь пищевое отравление. К половине девятого я поменяла в нашем расписание все, что могла, связалась с администратором отеля по поводу наших номеров и даже позвонила Эсми, чтобы узнать, что Эдвард любит есть, когда болеет. Как я и ожидала, последний раз, когда у нее была возможность побаловать его куриной лапшой и фруктовым эскимо, у него еще выпадали молочные зубы. Она была безумно рада услышать меня, а мне пришлось проглотить укор совести, когда она поинтересовалась, хорошо ли он себя вел. Я уверила ее, что все в порядке, и что у него лишь небольшое расстройство желудка. Я сказала ей, что мы будем дома завтра утром и, конечно же, я передам ему, чтобы он позвонил.
Еще несколько раз я слышала, как он перемещался между комнатами, но за последние пару часов его походы стали реже. Я часто заглядывала к нему, проверяя, чтобы он не перегревался и не переохлаждался, чтобы он больше пил, но во всем остальном оставила так необходимое ему пространство. Казалось, он был очень благодарен мне за это. Я хотела предложить ему всю помощь, на какую только способна, проводить каждую минуту вместе с ним, но я также понимала его мотивы – он не хотел показаться слабым передо мной.
С перечнем продуктов, который я получила от Эсми, я вошла в темную спальню, чтобы переодеться и проверить его перед уходом. И я была очень удивлена, обнаружив его, сидящего на краю кровати с опущенными глазами. Казалось, он погружен в размышления, но услышав, как я вошла, он встретился со мной взглядом, и уголки его губ изогнулись в легкой улыбке. Я подошла ближе, останавливаясь прямо перед ним. Медленно он поднял руку и нерешительно расположил ее у меня на талии. Мы стояли в тишине, пока его палец выписывал маленькие круги у меня на животе, а его другая рука переместилась мне на бедро. Невероятно медленно он притянул меня ближе к себе, его взгляд был сосредоточен на узорах, которые он выводил на рубашке.
- Мне нравится, как ты смотришься в моей рубашке, - произнес он тихо. Края его улыбки приподнялись чуть выше, и кто-нибудь другой, кто не изучал так досконально черты его лица, этого даже не заметил бы.
- Спасибо, - прошептала я. – Мне тоже нравится.
Тишина снова окружила нас, единственными звуками были движения его пальцев вдоль ткани и наше тихое дыхание. Наконец, он взглянул вверх на меня, и у меня сердце кровью обливалось от того, каким измотанным он выглядел. Я подняла руки, убирая волосы у него со лба, наслаждаясь тем, как шелковые пряди скользят сквозь пальцы.
- Спасибо, Белла.
Его слова были тихими и искренними, и я приняла их без лишних вопросов, просто позволяя нам насладиться этим моментом. Его руки, казалось, слегка дрожали, когда он передвинул их мне на поясницу, а затем обнял меня. Я устроилась у него между ног, обвивая его руками, а он прислонился щекой к моему животу. Он тяжело вздохнул, и я нагнулась, целуя его волосы. Я не хочу никогда уходить.
- Всегда пожалуйста. – Ответила я нежно, положив щеку ему на макушку, и радуясь тому, что он сжал меня крепче. – Тебе лучше?
- Намного, - ответил он.
- Выглядишь очень уставшим, - прошептала я, пробегая пальцами по волосам на затылке. Мне показалось, он еще больше расслабился, и я улыбнулась, раскрыв секрет того, как успокоить его.
- Так и есть, - подтвердил он кивком головы и вздохом.
Нехотя, я отстранилась от него, обхватывая его лицо руками.
- Мне нужно сбегать в магазин, и я хочу, чтобы ты еще поспал. – Я заметила, что он хочет возразить, и покачала головой. – Пожалуйста? Я уже обо всем позаботилась. Все, что от тебя требуется, это отдых. Могу я что-нибудь сделать для тебя, пока не ушла?
- Нет. Я просто буду спать… или обниматься с унитазом. В любом случае, я дам тебе знать.
- О, спасибо за откровенность, - засмеялась я, все еще не желая уходить.
- Пообещаешь снова надеть мою рубашку, когда вернешься домой?
Его пальцы играли с поврежденными краями рубашки, трогая там, где должны были находиться отсутствующие пуговицы. В животе у меня что-то затрепетало, когда он сказал слово «дом».
- Ну… если от этого ты будешь чувствовать себя лучше, - ответила я игриво, пожимая плечами.
- Несомненно.
Он широко улыбнулся, и трепет усилился. Господи, эта улыбка каждый раз обезоруживает. На ватных ногах, я отошла от него, чтобы переодеться, зная, что он наблюдает за каждым моим движением.
Собрав вещи, я скользнула в ванную и быстро натянула штаны для йоги, футболку и куртку. Собрав волосы в хвост, я предпочла надеть очки, а не линзы. Вернувшись в спальню, я положила его рубашку на край кровати и взглянула на него, обувая кроссовки. Похоже, он снова уснул, и мне стоило больших усилий, чтобы не подойти и не поцеловать его на прощание. Возможно, небольшая прогулка пойдет только на пользу. Я положила его мобильный рядом с кроватью, убедившись, что он на вибровызове, и последний раз взглянув на него, бесшумно покинула номер.
Я быстро нашла магазин и купила все, что мне нужно. Через двадцать минут я уже была на обратном пути в гостиницу. Я вздрогнула, услышав звонок своего мобильника, доносящийся из сумочки, и полезла за ним, думая, что Эдварду что-то потребовалось. Я взглянула на дисплей, и была немного удивлена, увидев там имя «Карлайл». Тяжело сглотнув, я приготовилась к разговору.
- Белла! – В трубке раздался его радостный голос, и я разрывалась между радостью от его звонка и беспокойством, что он меня раскусит.
- Привет, Карлайл, - ответила я, стараясь казаться веселой.
- Слышал, моего сына немного штормит. – Я не могла не улыбнуться этому любящему, отеческому подтексту в его голосе.
- Да, но не волнуйтесь, я о нем хорошо забочусь. Сейчас Эдвард спит, а я вышла купить кое-что по совету Эсми. – Слова слетели у меня с языка, прежде чем я успела понять, что говорю.
- Белла? Ты только что назвала его Эдвардом? – Вот черт! Я замолчала, мысленно ругая себя за полное неумение врать.
- Да, и в самом деле, назвала.
- Я так горжусь вами, Белла. Я знал, что, если заставить вас провести время вместе, это хорошо скажется на ваших отношениях. Разве я не говорил? Если вы перестанете драться, хотя бы на пять минут, вы сразу увидите, насколько вы похожи.
Боже мой, неужели может быть еще хуже?
- Да, вы действительно говорили, Карлайл. И вы были правы. Мы отлично поладили за эту неделю, - ответила я, молясь, чтобы мой голос не выдал меня.
- Отлично. Будем надеяться, это продолжится. Позаботься о нем, и скажи ему, что я скоро позвоню.
- Все сделаю, Карлайл, - проговорила я еле слышно.
- Пока, Белла. – Повесив трубку, я вдруг почувствовала себя ужасно. Еще одна ложь.
Собравшись с силами, я нацепила на лицо улыбку и вошла в номер, обрадовавшись, услышав звуки работающего телевизора из спальни.
- Привет, - сказала я, не в силах скрыть улыбки, когда увидела его, сидящего в кровати.
- Привет, - ответил он. Я не могла устоять перед ним и нагнулась, чтобы поцеловать его макушку, прежде чем поставить пакет на кровать и снять куртку. Он восхитительно пах, а аромат его мыла и шампуня наполнил комнату.
- Ты выглядишь намного лучше. – Он, несомненно, принял душ и надел штаны от пижамы, которые я ему принесла.
- Я и чувствую себя намного лучше. – Я не могла не засмеяться, когда он протянул мне свою рубашку. – Помнишь?
- Как я могла забыть? Держи, съешь что-нибудь, пока я переоденусь, - проговорила я, опустошая пакет перед ним. Но тут я заметила, что он пристально смотрит на меня. – Что? Я что-то забыла?
- Как ты узнала об этом? – Спросил он, изучая лежащие перед ним вещи с озадаченным видом.
- Я разговаривала с твоей мамой этим утром. Честно говоря, она была удивлена, узнав, что Супермен заболел. Кстати, она просила напомнить, что ты не звонил ей уже две недели. – Я начала чувствовать себя неловко из-за того, что он продолжал смотреть на меня. – Что-то не так?
- Поверить не могу, что ты звонила моей маме, - ответил он тихо. – Спасибо.
- Не за что.
Я пожала плечами и взяла рубашку из его рук, чувствуя себя немного смущенно под его пристальным взглядом. Я зашла в ванную и переоделась в его рубашку, психологически настраивая себя на простую беседу с ним. Вернувшись в комнату, я увидела, что он открыл сок и ел мороженое. Я не знала, куда мне присесть, но тут он похлопал место рядом с ним на кровати. Я забралась под покрывало, облокачиваясь на спинку кровати, и взяла эскимо, которое он мне протянул.
- Итак, я уже закончила большую часть приготовлений. Наш рейс сегодня вечером в одиннадцать, если ты будешь хорошо себя чувствовать, и я перенесла все встречи, но тебе все же придется присутствовать завтра вечером в JemCo, чтобы подписать бумаги. – Он медленно кивнул, казалось, он думает о чем-то. – Что мы смотрим?
- Клерков, сейчас реклама идет, - ответил он, все еще не глядя на меня.
- Круто. Это один из моих любимых фильмов, - сообщила я, устраиваясь на подушках.
- Я знаю. Ты даже цитировала его в тот день, когда я впервые тебя встретил.
- Вообще-то, то была вторая часть, - пояснила я и остановилась. – Постой, ты помнишь это? – Я повернулась к нему, шокированная тем, что у него еще остались воспоминания о нашей ужасающей первой встрече.
- Конечно, я все помню. – Он опустил голову, и в его голосе слышалось сожаление.
- Но… - я замолчала, не в состоянии даже выразить словами то, что я хотела сказать.
- Я знаю, - сказал он, взглянув на меня, в его глазах были боль и раскаяние. – Я был таким подонком, Белла. – Протянув руку, он взял мою ладонь и переплел наши пальцы. Он посмотрел вниз на наши руки, пальцем выводя маленькие круги на моей коже. – Я… когда я вспоминаю, как я… - он остановился, так и не закончив мысль. Я продолжала смотреть на него, тронутая до глубины души его признанием. Это было… так неожиданно.
- Мы оба виноваты, Эдвард. Все в порядке. Это была настолько же моя вина, насколько и твоя. – Он взглянул на меня, и выразительность его глаз послала легкую дрожь через меня. – Серьезно.
Он кивнул и снова повернулся к телевизору. Я знаю, что нам еще многое нужно сказать друг другу, но я не могла не гордиться тем, что, на мой взгляд, было огромным признанием. Мы погрузились в уютную тишину, продолжая смотреть фильм. Мы смеялись над одними и теми же моментами, и постепенно придвигались, пока не соприкоснулись руками. В какой-то момент, я положила голову ему на плечо и закрыла глаза, а через несколько минут он положил свою голову на мою. Краем глаза я взглянула на часы, висящие на стене, и вздохнула про себя, мысленно подсчитывая, сколько часов мне осталось с ним наедине.
В животе у меня заурчало, и я вдруг поняла, что сегодня еще ничего не ела.
- Готов съесть что-нибудь посерьезней мороженого? – Спросила я, с неохотой отодвигаясь от него, чтобы дотянуться до меню обслуживания в номерах.
- Возможно, что-нибудь легкое, - ответил он. – Прошло уже несколько часов, думаю, я в порядке.
Мы просмотрели меню, и я сделала заказ: салат с курицей для меня и куриный суп для него. Мы начали смотреть еще один фильм, легко придя к соглашению выбрать «Зомби по имени Шон» из предоставленного на экране списка. И когда раздался стук в дверь, оповещающий нас о доставке обеда, я с удивлением обнаружила, что мы снова придвинулись друг к другу, и мои ноги были теперь сплетены с его под покрывалом.
Мы ели в дружеской тишине и продолжали смотреть фильм. На середине просмотра, я удивилась, услышав голос Эдварда.
- Белла? Какой твой любимый фильм?
Я повернулась к нему, пораженная вопросом.
- Ну, - начала я. – Я люблю комедии. «Клерки», «Увалень Томми», «Зомби по имени Шон», «Типа крутые легавые», «Разгадка» - что-то в этом роде. Но должна признаться, моим во все времена любимым фильмом является «Окно во двор».
- Из-за Джимми Стюарта или Грейс Келли?
- Обоих, но возможно, из-за Грейс Келли в большей степени.
- Понимаю. В тебе есть что-то похожее на нее. – Он поднял руку и пригладил прядь моих волос, выбившуюся из хвоста. Я не из тех девушек, что краснеют, но я потупила взгляд и почувствовала, как загорели мои щеки. – Ну, кроме твоего вульгарного ротика, из которого постоянно вылетают какие-нибудь непристойности, - добавил он. Я посмотрела на него с притворным шоком на лице.
- Очень смешно, говнюк, - сказала я, отталкивая его руку. Он усмехнулся, вероятно, очень довольный собой. – Знаешь, если бы ты хоть иногда затыкался, ты был бы чертовски близок к идеалу. У меня даже была мысль носить с собой в сумочке скотч.
Я закинула крекер в рот, а он смотрел на меня какое-то время, прежде чем разразиться самым сексуальным смехом, который я только слышала. Да, это быстро становится моим самым любимым звуком.
- Ну, не знаю. Мне казалось, тебе нравятся некоторые слова, исходящие из этого ротика. Не так ли, ma petite chèrie? Он склонился в мою сторону и провел носом вдоль шеи. Боже мой, какой же соблазнительный засранец!
- Так не честно, - вздохнула я, чувствуя его смех на своей коже.
- Ты так говоришь, будто это плохо. – Он целиком развернулся ко мне, спутав наши ноги, и его рука остановилась на моем обнаженном бедре. Мое дыхание слегка сбилось, когда его губы забродили поблизости от моего уха. – Ладно, ладно, - сказал он, смеясь, и слегка отодвигаясь, но оставляя голову на моей подушке. – Любимый цвет?
- Не так быстро, ты не рассказал о своем любимом фильме.
Мы уже оба лежали на боку лицом друг к другу, и я радостно отметила, что к нему вернулся обычный цвет лица.
- О, мы что, теперь отвечаем по очереди? – Засмеялся он, его улыбка стала шире.
- Пока не придумаешь, чем еще мы можем заняться.
Его брови подскочили вверх от удивления, но я изо всех сил старалась проигнорировать это.
- Сказать по правде, мне нравятся все фильмы, что ты перечислила.
Я уставилась на него шокированным взглядом.
- Правда?
- Почему это тебя так удивляет? – Он передвинул руку, на которой лежал, вверх над головой и пальцами стал рассеянно перебирать пряди моих волос.
- Не знаю, думаю, я просто полагала, это будет какое-нибудь претенциозное авторское кино. – Он снова засмеялся, и я широко улыбнулась этому прекрасному звуку.
- Ну, мне действительно нравятся многие авторские фильмы, - начал он, - но я также люблю старые забавные картины. Ладно, моя очередь, любимый цвет?
- Наверно, розовый.
- Да, стандартный девчачий ответ, - поддразнил он меня. Про телевизор все удачно забыли. Я посмотрела на него, изогнув бровь, задетая его комментарием.
- Твой любимый цвет?
Его взгляд переместился куда-то за меня, пока он думал.
- Хм… думаю тот, какого цвета трусики окажутся у меня в кармане к концу вечера. Тот и будет любимым.
- Боже мой, - простонала я, даже не пытаясь скрыть, насколько нелепым был его ответ.
- Что? Это мой любимый цвет. – Он видел, что я все еще жду ответа. – Ладно, синий, - он, наконец-то, сдался.
- Да, стандартный мальчишеский ответ, - не осталась я в долгу. Он снова засмеялся, и я удивилась, как легко это оказалось для нас, просто поболтать. – Эдвард? – Начала я, стараясь казаться безразличной. – А где они? – Я не могла скрыть интерес, сквозящий в моем голосе, спрашивая его.
- В безопасном месте.
- Могу я их увидеть?
- Нет.
- Почему? - спросила я, сощурив глаза.
- Потому что ты попытаешься забрать их назад.
- Зачем они мне нужны? Они же порваны.
Он ухмыльнулся, но не ответил.
- В любом случае, зачем ты это делаешь?
В течение некоторого времени он просто изучал мое лицо, очевидно, обдумывая ответ. Наконец, он приподнялся, облокотившись на локоть, и приблизившись ко мне лицом. Нежнейшим из всех жестов он провел пальцами по моей щеке, а затем прильнул к моим губам в самом чувственном поцелуе. Отстранившись, он заглянул мне в глаза.
- По той же самой причине, по которой это нравится тебе.
Мой пульс уже зашкаливал, и я прочистила горло, пытаясь успокоиться.
- Расскажешь мне кое-что? – Он кивнул, и я продолжила. – Расскажи о своей татуировке.
Мой пальчик скользнул вниз по его обнаженной груди к краешку его татушки, торчащей из-под штанов. Я улыбнулась, чувствуя легкую дрожь в его теле.
- На самом деле, это скучная история. Мне был двадцать один год, и я только что перебрался в Париж. Точнее, это была первая неделя после моего переезда. Мне нравилось там абсолютно все. Мне представилась изумительная возможность – я жил в прекрасном городе, и о большем я не смел и мечтать. Но вскоре я стал сомневаться в правильности своего решения. Я скучал по своей семье, и я задумался, правильно ли я поступил, решив расстаться с ними и переехать в другое полушарие лишь бы доказать, что я могу быть самостоятельным. В общем, однажды, я гулял по улицам, совершенно сбитый с толку и в действительности задумавшись о возвращении домой, и свернул в это маленькое кафе. Оно называлось Le Cafe du Coeur. Я уселся за столик, и там играла песня Эдит Пиаф «Je Ne Regrette Rien». И у меня была такая странная интуитивная… эмоциональная реакция, когда я вслушался в слова этой песни. Я не могу этого объяснить… просто, будто она была связана со мной. В тот момент я понял, что это был знак, что вот так мне нужно прожить свою жизнь: брать в расчет каждое принятое решение и не оглядываться назад, а просто знать, что для всего есть своя причина. «Je Ne Regrette Rien» означает – я ни о чем не сожалею.
- Я думаю, это прекрасная история, - произнесла я, приведенная в полнейший восторг образом юного Эдварда, одинокого и сомневающегося в своем решении оставить семью и начать самостоятельную жизнь. Он кивнул. – И это правда? Ты живешь по этому принципу?
- Да. Я не сожалею о решениях, которые принимал, ни о чем, что случилось в моей жизни. – Он положил руку мне на лицо. – Я не сожалею ни о чем, что произошло между нами. И я хочу, чтобы ты это знала. – Его пальцы нежно заскользили к моему плечу, затем вниз по руке. Я проследила за его взглядом, наблюдая, как он медленно переплел наши пальцы. – Je ne regrette rien. Я не сожалею об этом, Белла.
Он поднес наши сцепленные руки к своим губам и запечатлел легкий поцелуй на тыльной стороне моей ладони. Как, скажите мне, он мог заставить что-то настолько целомудренное, как поцелуй руки, казаться таким интимным? Тихий стон невольно слетел с моих губ, и он засмеялся, оставляя там еще один нежный, затяжной поцелуй.
- Мне нравится твоя реакция. – К тому времени я была приведена в состояние, в котором сложно ответить что-то вразумительное, и я просто кивнула. – Белла, ты когда-нибудь была в Париже?
- Нет, - ответила я, качая головой.
- А ты хотела бы поехать?
- Конечно. Я бы с удовольствием поехала, если бы представилась такая возможность.
Он кивнул, но больше ничего не сказал по этому поводу. Мы продолжали говорить часами, прервавшись, чтобы заказать ужин, и даже посмотрели еще один фильм. В какой-то момент, я уснула и проснулась под звуки будильника на моем мобильнике. Повернувшись, я схватила его с тумбочки и выключила, замечая, как потемнело в комнате. Я взглянула на него, спящего рядом со мной, и поняла с тоской в душе, что наше время вышло. Поверить не могу, что за эти несколько часов, что мы провели, общаясь, я ни разу не задумалась о возвращении домой. Как бы то ни было, теперь я чувствовала, как меня охватывает паника. Выбравшись из постели, я нырнула за дверь ванной и сбрызнула лицо холодной водой. Больше негде прятаться от реальности, это неизбежно. Включив несколько светильников, я медленно направилась обратно к кровати, чтобы разбудить его. Он заворочался и открыл глаза. Сначала, он выглядел озадаченным, когда посмотрел на меня, но постепенно к нему пришло осознание.
- Пора? – Спросил он, и кивок головы был моим единственным ответом. Он сел, спустив ноги с кровати, и провел рукой по волосам.
- Я собираюсь принять душ и упаковать вещи. – Мой голос был пустым и безжизненным, звучащим странно даже для моих собственных ушей.
- Я пойду в свой номер и сделаю тоже самое.
Я развернулась и прошла в ванную, захлопывая за собой дверь. Закрыв глаза, я уткнулась лбом в холодное дерево, слушая, как он движется по комнате, собирая свои вещи, и как, в конце концов, проходит мимо ванной. Я слышала его шаги по ковру и почувствовала, что он остановился прямо у двери ванной. Что-то коснулось той стороны двери, и я тут же представила, будто он положил руку на эту преграду, что разделяет нас. Я слышала, как он вздохнул и отошел в сторону, и вскоре послышался щелчок замка, как только он закрыл за собой дверь.
Тишина, окружающая меня, была оглушительной, и я поняла, что теперь я была одна. Я была не в силах остановить всхлип, рвущийся из моей груди, и я опустилась на колени на мраморный пол ванной. Беспрерывные рыдания сотрясали мое тело, а обжигающие слезы текли по щекам, когда я осознала, что мужчина, которого я люблю, только что ушел. Я пыталась держаться от него подальше.  Я пыталась напомнить себе, что он бабник и не пара мне, что он недостижим для меня и никогда не будет моим, но все это было неважно. Ведь я отдала ему свое сердце, и я знала, что теперь никогда не заберу его обратно.
Не знаю, сколько я так просидела, но, в конце концов, слезы прекратились, и я прорвалась сквозь этот туман, осознавая, что я все еще сижу на холодном полу, крепко обхватив себя руками. Я была благодарна этому чувству оцепенения, овладевшему мною, когда я заставила себя подняться и включить душ. Я делала все на автомате, едва замечая, что находиться вокруг меня. Я оделась и словно в трансе собирала свои вещи, запихивая их в чемоданы. Когда последняя вещь была упакована,  я села на край кровати и посмотрела на багаж, стоящий в углу. Он насмехался надо мной, олицетворяя все, что я оставляла позади. Его присутствие, казалось, росло в безмолвной комнате, мучая меня.
Все еще блаженно скованная томной бесчувственностью, я впустила в голову непрошеные образы. Среди них я видела его улыбку, с которой он встретил меня в аэропорту. Я слышала его голос, когда он говорил, что хочет меня. Я видела, как он прекрасен, когда накрывает мое тело своим. Я наблюдала, как он смеется, игриво поддразнивая меня. Но одно из воспоминаний было для меня важнее других, кое-что настолько банальное, что для кого-нибудь другого это показалось бы бессмысленным. Закрывая глаза, я позволила образу темной комнаты заполнить пустоту за моими прикрытыми веками. Я позволила звукам его голоса, произносящего мое имя, окутать меня, напоминая, как приятно было слышать, как он шепчет его вдоль моей кожи, обнимая меня в этой самой кровати.
Раздался стук в дверь, и я встала, поправляя юбку, прежде чем ответить. Сделав глубокий вдох, я распахнула дверь, обнаруживая его, стоящего на пороге. Он выглядел безупречно, как обычно, в великолепном темном костюме и галстуке. Его волосы были в повседневном беспорядке, а легкая щетина, отчертившая линию его подбородка, говорила о том, что сегодня он решил пренебречь бритвой. Его глаза встретились с моими и сузились на долю секунды, когда он осмотрел меня, и если даже он заметил, что что-то не так, он был достаточно умен, чтобы не поднимать этого вопроса. Я отодвинулась в сторону, позволяя ему войти, и его грудь слегка коснулась моей, когда он проходил. Без раздумий, я резко толкнула его на стену и накрутила его галстук на руку, притягивая его к себе. Наши губы встретились в грубом поцелуе, и он замер, пораженный моим внезапным поступком. Моя свободная рука двинулась вверх по его груди и сжала в кулак волосы у него на затылке.
Постепенно его тело стало расслабляться, и когда наши языки, наконец, встретились, я простонала ему в рот. На затворках своего разума, я понимала, что стараюсь манипулировать им. Это была последняя отчаянная попытка удержать его рядом с собой. Но даже тогда, сгорая от стыда за свое поведение, я не могла остановить это. Я потерлась бедрами об него и почувствовала волну возбуждения, как только его твердый член прижался к низу моего живота. Мои руки спустились к его ремню, притягивая его ближе туда, где он был нужен мне больше всего.
- Белла, - простонал он бездыханно, отрываясь от моих губ. – Малыш, у нас нет времени.
- Мне плевать. Я хочу тебя. – Он еле слышно выругался, запутывая руки у меня в волосах, грубо возвращаясь к моим губам. – Господи, Эдвард. Ты нужен мне.
Я обхватила его ногой, упираясь каблуком туфли в его икру. Его рука соскользнула с моей шеи и жадно сжала мою грудь, дыхание участилось. Мы стали перемещаться, спотыкаясь, в маленькой прихожей, и я почувствовала, как моя спина встретилась с прохладной стеной. Кладя свою руку поверх его, я сомкнула наши пальцы и плавно передвинула их вниз к моему бедру.
- Скажи, что ты хочешь меня. – Я решительно протиснула наши пальцы выше, под юбку.
Отрываясь от моих губ, он посмотрел вниз на наши сцепленные руки, застывшие на моем бедре. Распутав наши пальцы, он сильней вцепился в мою ногу, поднимая ее еще выше.
- Ты понятия не имеешь, как безумно я хочу тебя.
Он придавил меня к стене всем телом, в то время как его пальцы играли с подвязками пояса на чулках. Рукой, все еще запутанной в моих волосах, он наклонил мою голову в сторону, раскрывая просторы шеи для своих голодных поцелуев.
- Оттрахай меня, Эдвард, пожалуйста.
Я почувствовала на шее его низкий стон, и томный вздох слетел с моих губ, когда я ощутила его зубы на нежной коже. Его пальцы, все еще простирающиеся на моем бедре, двинулись выше к моим трусикам. Я не могла сдержать стона, когда почувствовала, как он сжимает деликатную ткань в кулаке.
- Один последний раз. Прошу тебя.
Он замер, и я вдруг заметила, как неистово бьется сердце у меня в груди. Он отодвинулся от моей шеи, всматриваясь мне в лицо.
- Что? – Прошептала я, задыхаясь. – Не останавливайся.
Я подалась вперед к его губам, но он лишь дальше отстранился.
- Белла, остановись, - произнес он нежно. Я почувствовала, как его хватка на моих трусиках ослабла, и пальцы потихоньку съехали вниз по ноге, в конце концов, совсем отпуская ее. – Эй, малыш, что ты делаешь?
Я потупила взгляд, не желая больше смотреть в его прекрасные глаза.
- Не знаю, о чем ты говоришь. – Даже для меня, слова прозвучали, как очевидная ложь.
Я почувствовала, как он положил руки по обе стороны моего лица и приподнял его, встречаясь со мной глазами.
- Послушай меня, Белла. Я хочу от тебя больше, чем это. И когда мы сядем на самолет, все, что мы обрели здесь, улетит вместе с нами. Я обещаю тебе. – Мои глаза изучили его лицо, и не увидели там ничего, кроме искренности. – Ты веришь мне? Je suis à toi. Я. Твой.
 Я хотела ему верить. Больше всего на свете.
- Да.
Он уткнулся своим лбом в мой, и я закрыла глаза.
- Я обещаю, Белла.
- А я твоя.
Он улыбнулся самой обворожительной улыбкой, какую я только видела, и тихонько поцеловал мои губы. Мое сердце разрывалось от желания прокричать ему, что я люблю его, но разум никогда не позволит. Неужели это все, что я могу получить от него? Подумав об этом, я осознала, что, если это все, что он может предложить мне, я с удовольствием приму это.
Он отстранился и поправил мое платье, прежде чем уделить внимание своему виду.
- Готова? – Я кивнула и почувствовала, как подушечки его пальцев защекотали мою ладонь, а затем он взял меня за руку. – Портье заберет наш багаж, - сказал он, жестом указывая на чемоданы. Я снова лишь кивнула, а он потянул нас к двери. Я сделала глубокий вдох и приготовилась ко всему, что нас ждет впереди.
Открывая дверь, он ободряюще сжал мою руку. Из коридора тут же стали доносится различные голоса, и прежде чем выйти за дверь, он поднес наши сцепленные руки к губам и поцеловал их.
- Je suis à toi, - сказал он еще раз, и я поняла.
Я последовала за ним и почувствовала, как он выпустил мою руку.


[1] Nick at Nite — телевизионный программный блок Nickelodeon, показывает хиты 1990-их и 2000-их годов (фильмы и ситкомы).

Комментариев нет:

Отправка комментария