вторник, 10 июля 2012 г.

Глава 10. Первый просвет


Как я и надеялась, дорога до Сиэтла в понедельник утром предоставила мне время все обдумать. Погостив у отца, я снова чувствовала себя любимой и отдохнувшей. Всю неделю мы провели с ним вместе, просто болтая и вспоминая о маме, гуляя с Сью и даже планируя его поездку в Чикаго.
К тому времени, как он поцеловал меня на прощание, я чувствовала себя во все оружии, насколько это возможно в данной ситуации. Конечно, я чертовски нервничала перед встречей с мистером Калленом, но я сделала все возможное, чтобы постараться и подготовить себя морально. На днях я занялась онлайн-шоппингом, и сейчас мой чемодан был полон новых «всемогущих трусиков». Я долго и упорно думала над всевозможными вариантами развития событий, и теперь у меня был план.

Первый шаг – следует признать, почему же я все-таки сбежала. Сейчас я осознаю, что уехала в Форкс в надежде, что смогу там спрятаться от своих проблем. Очень скоро я поняла, что это не поможет. Расстояние в две тысячи миль никак не усмирило моей потребности в нем.
Он снился мне почти каждую ночь. И каждое утро я просыпалась разочарованная и одинокая. Все больше времени я проводила, размышляя о том, что он делает, интересуясь, был ли он так же сбит с толку, как и я, стараясь выудить из Анджелы как можно больше информации о том, как шли дела дома.
Во вторник у нас был забавный разговор, когда она позвонила мне и сообщила о плавучем статусе моей замены. Я истерически смеялась, слушая о том, что не успевала закрыться дверь за одним временным секретарем, как ему на смену шел уже другой. Конечно, ему нелегко работать с новичками. Он же кретин.
Я уже привыкла к его перепадам настроения и грубому отношению. Сказать по правде, я этого уже не замечаю. Я знаю, что отлично справляюсь со своей работой, и горжусь тем, что могу отстоять свою точку зрения. В профессиональном плане наши взаимоотношения работают как часы, а вот в личном плане – сущий кошмар. Все об этом знают, только они и не догадываются о степени этих отношений.
Я часто мысленно возвращалась к последнему дню, проведенному вместе. Что-то менялось в наших отношениях, и я не уверена, что я чувствую по этому поводу. Я сказала ему, что наши физические «контакты» закончены, и мне придется постараться придерживаться этого. Не знаю, насколько я в этом преуспею, но для собственного же блага я должна, по крайней мере, постараться.
Став абсолютно честной с собой,  я вдруг испугалась. Я была в ужасе от того, что этот мужчина, который совершенно мне не подходит, имеет больше власти над моим телом, чем я сама. И это была истинная правда, не важно как сильно я старалась убедить себя в обратном.
Стоя в зоне прибытия, я последний раз провела с собой ободряющую беседу. Я смогу это сделать. Господи, я надеюсь, я смогу это сделать. Бабочки в животе работали крылышками сегодня сверхурочно, меня даже начало подташнивать.
Рейс был отложен в Чикаго, поэтому его самолет коснулся посадочной полосы Сиэтла только после 18:30. Семь дополнительных часов размышления не успокоили мои нервы.
Я поднялась на носочки для лучшего обзора, но его не разглядела. Взглянув на свой телефон, я снова перечитала его сообщение.
Только приземлился – скоро увидимся.
В этом сообщении не было ничего такого милого, но, однако, из-за него эти долбанные бабочки начинали трепетать с новой силой. Как и от его вчерашних «смс». Мы не писали ничего особенного – я всего лишь поинтересовалась о том, как шли дела на работе. Кто-нибудь скажет, что в этом нет ничего необычного, но для нас это было совершенно новое явление. Может, есть шанс, что мы сумеем преодолеть эту непрестанную вражду и стать… кем? Друзьями?
Я ходила из стороны в сторону, желая, чтобы мой мозг хоть на секунду перестал вращать эти шестеренки, а сердце не нарушало скоростной режим. Это труднее, чем я думала. Без задней мысли, я остановилась на полушаге и развернулась в сторону приближающейся толпы. Мелкая дрожь пробежала по мне от макушки до кончиков пальцев, когда я шагнула вперед, всматриваясь в поток незнакомых лиц, мое тело уже реагировало на его приближение. Когда я заметила голову со спутанными волосами, возвышающуюся над другими, я перестала дышать. Господи, Белла, держи себя в руках.
Я снова попыталась совладать со своими эмоциями и еще раз взглянула наверх. Дьявол. Я такая озабоченная. Вот он идет, и выглядит сексуальнее, чем когда-либо. Как, черт возьми, кто-нибудь может стать еще лучше за девять дней? Как обычно, на голове полный кошмар – не сомневаюсь, что его руки побывали в волосах раз сто за последний час. На нем были черные брюки, темно-серый блейзер и белая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами. Он выглядел усталым, и на лице появилась небольшая щетина, но ни это заставило мое сердце биться со скоростью сто километров в час. Он шел, опустив голову и глядя себе под ноги, но в ту секунду, когда наши взгляды встретились, его лицо осветила самая искренняя и самая прекрасная улыбка, которую я когда-либо видела. Выражение «трусикисшибательная» мелькнуло у меня в голове, и прежде чем я смогла остановиться, я почувствовала, как на моем лице тоже медленно расплылась улыбка. Э, определенно, это что-то новенькое.
Он остановился передо мной. Его взгляд стал немного напряженней, пока мы оба ждали, когда другой что-нибудь скажет.
- Привет, - пробормотала я неловко, пытаясь разрядить обстановку. Каждая, даже самая малюсенькая часть меня, хотела затащить его в туалет, но я почему-то сомневаюсь, что это верный способ приветствия своего начальника.
- Э, привет, - поздоровался он, слегка хмурясь.
Черт, Белла, не будь тряпкой! Мы одновременно развернулись, направляясь в сторону багажной ленты, и я почувствовала, как по коже пробежали мурашки только потому, что он был рядом.
- Итак… как прошел полет? – Спросила я. Господи, это нелепо. Пусть он просто ответит что-нибудь глупое, чтобы я смогла снова наорать на него. Так было намного проще.
Он задумался на секунду, а затем ответил:
- Довольно неплохо. Когда мы, наконец, оторвались от земли.
Мы стояли и ждали, окруженные суетящейся толпой, но единственное, что я замечала, это растущее между нами напряжение.
Проходили минуты в неловком молчании, и я испытала больше, чем просто облегчение, когда увидела его черный багаж от Louis Vuitton, приближающийся к нам по конвейерной ленте. Мы одновременно потянулись к нему, и на мгновение наши руки соприкоснулись на ручке чемодана. Отдернув свою руку, я взглянула на него и обнаружила, что он смотрит на меня.
Внутри меня все опустилось, когда я увидела знакомый голодный взгляд в его глазах. Мы пробормотали невнятные извинения, и я быстро отвела взгляд, однако, успела заметить легкую усмешку на его лице. К счастью, мы были ограничены во времени, поэтому сразу направились на парковку за прокатной машиной. Так, не откланяться от плана.
У него чуть глаза на лоб не вылезли, а на лице расплылось выражение чистейшей признательности, когда мы приблизились к арендованной машине, Audi TT 2009 года выпуска. Он любит покататься – хотя, «он любит покататься с ветерком» будет более точной формулировкой – и я всегда заказывала для него что-нибудь быстренькое, чтобы он мог повеселиться.
- Очень хорошо, мисс Свон, - сказал он с благодарностью в голосе, проводя рукой по капоту великолепной спортивной машины. – Напомните мне повысить вам зарплату.
Я чуть воздухом не подавилось, когда он это сказал, и мой шокированный взгляд устремился в него. Он пожал плечами, невинно улыбаясь, а я готова была его убить. Он издевается надо мной.
Нажав на кнопку, чтобы открыть багажник,  я окинула его укоризненным взглядом и отошла в сторону от его вещей. Он снял свой пиджак и протянул его мне, и клянусь Богом, его аромат прострелил прямиком в мой клитор.
Сквозь тонкую рубашку я наблюдала за тем, как играют мышцы его спины, пока он кладет свой чемодан в багажник рядом с моим. Раздраженно завороженная, я не смела шевельнуться, созерцая, как они сжимаются и напрягаются с каждым его движением. Закрывая крышку багажника и вырывая меня из оцепенения, он повернулся ко мне, забрал свой пиджак, и я вложила ключи в его руку. Он обошел машину и открыл для меня дверь, дожидаясь, пока я усядусь, прежде чем захлопнуть ее. Да, истинный джентльмен, усмехнулась я про себя. Быстрым шагом он подошел к водительской стороне, устроился на своем сиденье и, радостно улыбаясь, завел машину. Я закатила глаза, когда он газанул пару раз, прежде чем выехать со стоянки.
Мы ехали в тишине – единственными звуками были урчание двигателя и писк GPS-навигатора, указывающего дорогу к гостинице. Я занялась изучением нашего расписания, стараясь игнорировать мужчину, сидящего рядом со мной. Но мне хотелось взглянуть на него, рассмотреть его лицо. Мне хотелось дотянуться и потрогать легкую щетину на его подбородке, сказать, чтобы придвинулся и дотронулся до меня.
Все эти мысли кружили у меня в голове, не давая мне возможности сконцентрироваться на бумагах, лежащих передо мной. Время, проведенное вдали друг от друга, ни капли не уменьшило его власти надо мной. Если уж на то пошло, оно его только увеличило. Разочарованно вздохнув, я закрыла папку у себя на коленях и повернулась к окну.
Должно быть, мы проезжали небоскребы и людей на улицах, но я ничего не видела. Единственное, что было способно проникнуть в мое сознание, это он. Я чувствовала каждое движение, каждый вздох. Его одаренные пальцы выстукивали ритм на руле, а кожаное сидение тихо выдыхало, когда он ерзал на нем. Его запах заполнил салон, и я уже не могла вспомнить, почему я должна противостоять. Он полностью окружил меня.
Я не хочу хотеть его. Я должна быть сильной, должна принадлежать только себе, должна доказать, что я контролирую свою жизнь, но каждая часть меня жаждала его прикосновений. Я не хочу этих чувств… я не хочу быть такой! В гостинице мне нужно будет собраться, вспомнить всю злость и боль, которые он у меня вызывает, и снова стать сильной женщиной, какой я всегда была.
- С вами все в порядке, мисс Свон? – Я вздрогнула, услышав его голос, и развернулась, встречаясь с его зелеными глазами, глубина которых снова пробудила этих бабочек внизу живота. – Мы на месте. – Он указал в сторону отеля, и я удивилась, что не заметила, как мы подъехали. – Все хорошо? – Он выглядел обеспокоенным, и я была этим немного обескуражена. Не то, чтобы я не знала, что он может быть добрым и заботливым, просто, это редко проявлялось по отношению ко мне.
- Да, - поспешила ответить я. – Просто устала. Хочется поскорей подняться в номер, принять душ и уснуть.
- Хмм, - хмыкнул он себе под нос, продолжая смотреть на меня. Я заметила, что его взгляд скользнул по моим губам, и Господи, я хочу, чтобы он поцеловал меня. Очень хочу. Словно под действием магнита, я слегка потянулась к нему, от чего кожа сидения мягко заскрипела. Разряд электричества метался между нами, и его взгляд снова упал на мои губы. Он наклонился ко мне, и я уже чувствовала его обжигающее дыхание у своего рта.
Но тут я вздрогнула и буквально подскочила на сидении, когда моя дверь внезапно открылась, и я увидела служащего гостиницы, стоящего у моей двери. Чувствуя себя невероятно смущенной из-за того, что снова попалась в его ловушку, я вышла из машины, полной грудью вдыхая свежий воздух, не пропитанный его ароматом. Портье взял сумки, мистер Каллен отошел поговорить по телефону, а я пошла к стойке регистрации.
В этом роскошном отеле собралось много наших коллег, приехавших на конференцию, и я даже увидела несколько знакомых лиц. Обычно я встречалась с другими ассистентами, и мы ходили куда-нибудь пообедать или в клуб потанцевать, пока были в городе.
Я помахала рукой одной знакомой, радуясь, что я предусмотрела вечерние развлечения, упаковывая свой багаж. Будет здорово развеяться с какими-нибудь девчонками, пока мы здесь. Меньше всего мне сейчас надо сидеть у себя в номере в одиночестве и фантазировать о прекрасном мужчине в соседней комнате.
Получив наши ключи, я направилась в холл в поисках мистера Каллена. Внимательно осмотрев большую комнату, я удивилась, увидев его рядом с высокой брюнеткой. Они стояли близко друг к другу, и он слегка склонил голову, слушая, что она говорила.
Я не видела ее лица из-за его спины, но я заметила, как она положила свою руку на его предплечье. Она засмеялась, вероятно, над его шуткой, и он слегка отодвинулся от нее, позволяя мне лучше рассмотреть ее.
Она была невероятно красивой с прямыми темными волосами до плеч. Она посмотрела в мою сторону, и наши взгляды встретились через всю комнату. С вызовом приподняв бровь, она ехидно улыбнулась мне, а затем развернулась к нему и вложила что-то в его ладонь, своей рукой загибая его пальцы.
На его лице отразился недоумевающий взгляд, когда он опустил голову, изучая этот предмет. Вы, должно быть, шутите! Неужели она… неужели она только что дала ему ключ от своего номера? Какого хрена?
Я наблюдала за этим еще несколько секунд, а затем внутри меня что-то щелкнуло. Мысль о том, что он будет смотреть на кого-то еще с тем же вожделением, мысль о том, что он, вообще, захочет кого-то кроме меня, пробудила во мне такую ярость, о существовании которой я не знала.
Я повторяла себе снова и снова, что нужно держаться подальше от него. Но в тот момент, когда его рука сжимала ее ключ, все здравомыслие исчезло из моей головы. Все, что я чувствовала, это ярость и так знакомое мне чувство собственности.
Он мой, и, черт возьми, какая-то сучка пытается отнять его у меня. Прежде чем я могла остановиться, я зашагала через всю комнату и остановилась около них.
Я положила руку на его бицепс, и он повернулся, встречаясь со мной глазами – на его лице гулял удивленный и непонимающий взгляд. Я улыбнулась, а затем бросила на нее пронзительный взгляд.
- Извините, - презрительно я кинула в ее сторону, внутренне ликуя над ее озабоченным взглядом. – Эдвард, пойдем наверх? - Проворковала я нежным голосом.
У него округлились глаза, и отвисла нижняя челюсть. Я никогда не видела его настолько потрясенным, чтобы он не мог говорить.
- Эдвард? – Повторила я, и что-то мелькнуло в его глазах. Медленно уголки его губ изогнулись в небольшой улыбке, и на мгновение наши взгляды задержались друг на друге. Что-то произошло между нами, и это было одновременно интригующим и пугающим.
Он развернулся к ней и, улыбнувшись, заговорил таким вкрадчивым мягким голосом, что по мне пробежала дрожь.
- Извини, - сказал он, возвращая ей ключ. – Как видишь, я здесь не один.
От этих его слов эйфория накрыла меня с головой, абсолютно поглощая ужас, который я должна была бы чувствовать. Я взглянула на нее победоносно, почти не скрывая радости от ее шокированной и обиженной мордашки.
Я почувствовала его теплую руку у себя на пояснице, пока мы шли через холл. Однако чем ближе мы подходили к лифту, тем больше мой восторг сменялся чем-то другим. Я начала паниковать, когда осознала, как глупо и неразумно я себя вела.
Сердце решило пуститься наперегонки с пульсом, и от резкого прилива крови у меня загудело в ушах. Еще три пары зашли с нами в лифт, и я молила Бога, чтобы я успела добраться до своего номера, прежде чем взорвусь. Я не могла поверить в то, что я только что сделала. А что случилось с тем пунктом моего плана, по которому я должна держаться подальше от него? Я взглянула на него и увидела на его лице торжествующую ухмылку, и снова меня переполняла ярость из-за всей этой ситуации.
Я тяжело вздохнула и попыталась напомнить себе, что именно поэтому я должна сохранять дистанцию. То, что произошло внизу, было совсем на меня не похоже. Я переступила черту, которую я так старательно вырисовывала между нами. Я хотела накричать на него, обидеть его, взбесить его как он меня, но мне становилось все труднее найти в себе силы сделать это.
Мы ехали в напряженном молчании, пока не вышла последняя пара, оставляя нас одних. Я пыталась уговорить себя подождать еще пару минут, и я буду в безопасности, но этот бой окончился, не успев начаться.
Я не хотела, чтобы он был с кем-то еще, и это чувство было настолько поглощающим, что я не могла дышать.
Я хочу его больше всего на свете. Он нужен мне.
Мое тело отдалось инстинктам. Я грубо схватила его за рубашку, толкая на стену, и притянула его губы к своим. Воздух покинул его легкие, когда мое тело столкнулось с его. Он замер, издавая низкий стон и тая под моими губами.
Каждая секунда, проведенная вдали от него, вылилась в этот поцелуй. Безграничное желание и страсть, которые я испытывала в данный момент, отражались в каждом движении его языка и прикосновении его губ. Я сделала шаг вперед, желая быть ближе. Все время было мало.
Он обвил меня руками, и, наконец, в голове у меня раздался сигнал тревоги. Я не могу этого сделать. Лифт остановился, и я оттолкнула его. Что я делаю? Я обещала себе, что попытаюсь. А вместо этого я набросилась на него, как только мы остались наедине. Где моя гордость? Безвозвратно утеряна?
Он посмотрел на меня в замешательстве, жадно вдыхая воздух. Наверняка, он заметил панику в моих глазах. Нужно выбираться отсюда.
- Я обещала себе, что не буду этого делать, - простонала я, больше себе, чем ему. И прежде чем моя стойкость окончательно рухнула, я повернулась и пулей вылетела из лифта.
- Какого черта? Куда ты? – Прокричал он мне вслед.
- Я не хочу говорить об этом сейчас! – Бросила я в ответ. Черт! Наши номера что, в самом конце коридора?
Я слышала его шаги позади себя и догадывалась, что просто так это не кончится.
Я не могу убегать от него вечно. Я даже не уверена, что хочу этого.
От лица Эдварда
Что, черт возьми, это было?
Неужели она…
А потом…
Что за…
Миллион мыслей пронеслось у меня в голове за одну секунду. Так не может больше продолжаться. Мы должны разобраться с этим. Сейчас же. Это вмешивается в мои дела, мой сон, всю мою гребанную жизнь. Сколько бы я не пытался одурачить самого себя, я знаю, чего хочу. Я не могу ее отпустить.
Она практически бежала по коридору, а я гнался за ней.
- Остановись! - Прокричал я, не обращая внимания на постояльцев в соседних номерах. Она проигнорировала, продолжая удаляться от меня огромными шагами.
- Я не могу говорить с тобой об этом прямо сейчас. Я без сил, расстроена и хочу спать.
- Знаешь что, сказала А, говори Б. Ты не можешь теперь просто уйти!
- Еще как могу! - Бросила она через плечо. Подойдя к своей двери, она попыталась воткнуть карточку в замок. С третьего раза у нее это получилось. Черт! Нам надо поговорить об этом сейчас же! Мы всегда убегали друг от друга и от того, что происходило между нами.
Я уже задолбался убегать.
Я подскочил к номеру как раз вовремя, наши взгляды встретились на мгновение, затем она толкнула дверь. Я выставил руку вперед, и дверь с силой отлетела обратно, с грохотом ударяясь о стену.
- Какого хрена ты делаешь? – Заорала она. Она направилась в ванную, расположенную напротив входной двери, и развернулась ко мне лицом.
- Ты прекратишь эту гребанную гонку?! – Я проследовал за ней в большую мраморную ванную комнату, наши голоса эхом отдавались от стен. – Не веди себя так! Если это из-за той женщины…
Она стала просто невероятно разъяренной от моих слов и шагнула ко мне.
- Не смей… Господи, я так устала от всего этого! – Она с отвращением покачала головой, затем развернулась к стойке и начала рыться в своей сумочке.
- Я не собирался с ней связываться! Ты думаешь, я могу увлечься просто случайной женщиной, которая вложила мне в руку свой ключ? За кого ты меня принимаешь? – Я не мог поверить своим ушам. Разве я не сказал ей, что не был ни с кем кроме нее? Откуда это недоверие? – Ты что не понимаешь…
- Нет, это ты не понимаешь! – Она швырнула расческу на стойку, яростно глядя на меня. – Я не такая! Я не сплю со случайными мужчинами. Мне двадцать шесть, и за всю свою жизнь я была только с тремя парнями! Я никогда не делала ничего даже близкого к этому! – Она просто орала на меня, и ее голос становился все громче с каждым словом. – Но когда я с тобой, кажется, ничего больше не имеет значения. Это… это, - продолжила она, указывая на нас. – Это не я! Когда я с тобой, я словно превращаюсь в другого человека, и я ненавижу это. Возможно, ты можешь спать, с кем тебе вздумается, но я не такая!
Я не мог поверить ее словам. Да, я никогда особо не задумывался о ее личной жизни. Я понятия не имел, что есть вероятность того, что она себя так чувствует. Конечно, я переспал с немалой долей прекрасной половины человечества, но она должна знать, что теперь для меня это совсем другое.
- Я не хочу никого другого! – Прокричал я в ответ. – Я хочу только тебя!
Такое ощущение, будто я разлетаюсь на миллионы маленьких кусочков. Вся моя жизнь вышла из-под контроля, я развернулся, чтобы уйти, зная наперед, что мне никогда не хватит на это сил. Я слышал, как она глубоко вздохнула и положила что-то на стойку.
Когда она заговорила, ее голос дрожал.
- Слушай. Мне все равно. Делай все, что твоей душе угодно, и оставь меня в покое. А сейчас, если ты меня извинишь.
Она повернулась к душевой кабинке, открыла стеклянную дверь и включила воду, затем она развернулась в мою сторону и выжидающе посмотрела на меня.
Я не могу уйти. Это уже не вопрос выбора. Не раздумывая, я пересек комнату, обхватил руками ее лицо и притянул к себе. В тот миг, как я прикоснулся к ее губам, все встало на свои места.
Поцелуй был грубым и требовательным, но она не отстранилась. Зарывшись руками у меня в волосах, она притянула меня ближе к себе, впиваясь ногтями в кожу головы. Я громко простонал ей в рот, когда привычные изгибы ее тела прижались ко мне. Мои руки добрались до ее волос, резко притягивая, в то время как мое тело толкало ее назад. Для меня не существовало ничего, кроме нее. Мы врезались в стену, натолкнулись на стойку, затем на дверь душевой кабины, беспорядочно перемещаясь в нашем общем отчаянии. Комната заполнялась паром, и уже ничто не казалось таким реальным. Я мог чувствовать ее запах, вкус и ее саму, но мне все время было мало.
Мы прервали поцелуй для глотка воздуха, и я медленно переместил губы чуть ниже, ближе к ее уху.
- Я больше не хочу останавливаться, - простонал я ее коже, без слов умоляя ее не просить меня об этом.
- Не останавливайся, - прошептала она. Я замер. Мое неровное и тяжелое дыхание обжигало ее кожу, пока я наслаждался звучанием и значением ее слов. Закрывая глаза, я позволил этому чувству поглотить меня.
- Скажи мне. – Я провел носом вниз по ее шее, не выпуская ее из своей хватки. Она прогнулась в пояснице, прижимаясь ко мне, молча умоляя меня овладеть ею. Но я не могу, пока не могу, пока не услышу от нее этих слов. Я не могу сдаваться один. Нам придется сделать это вместе. – Скажи, что хочешь меня… только меня.
На мгновение она задержала дыхание, а затем беззвучно выдохнула.
- Только тебя.
Моя последняя преграда рухнула, когда она произнесла эти слова. Я посмотрел ей прямо в глаза, плавно проводя пальцем по ее нижней губе. Мой рот был в нескольких сантиметрах от ее. Ее горячее дыхание окутывало мое лицо. Она потянулась к моим губам, но я остановил ее. Я ждал, когда во мне закипит ярость, когда ненависть вновь овладеет мною, но их не было. Впервые в жизни я принимал поражение. Было чертовски страшно, но я не мог больше с этим бороться. С последним дрожащим вдохом, я закрыл глаза и притянул ее губы к своим.
Наши поцелуи становились более глубокими, а прикосновения более безудержными. Она толкнула меня на стену, и я отдался ей целиком. Стремительный поток тепла, ниспадающий на мои плечи и грудь, моментально вырвал меня из моих туманных мыслей. Все еще в одежде, мы оказались в душе. Вода медленно пропитывала нас насквозь, но мне было все равно.
Ее руки неистово бродили по моему телу, выдергивая рубашку из брюк. Одним движением она распахнула мою сорочку, и я услышал звон пуговиц, подпрыгивающих на мраморном полу. Трясущимися руками, она стянула с меня мокрую материю и бросила ее за дверь кабинки.
Промокший шелк платья прилип к ее телу, подчеркивая каждый изгиб. Мои руки исследовали материал вдоль ее грудей, нащупывая под ним ее твердые соски. Она застонала и положила свою руку поверх моей, направляя мои движения. Вид ее руки, покрывающей мою, был одним из самых эротичных образов, которые я когда-либо видел. Мой невыносимо твердый член начал болезненно пульсировать.
- Скажи, что ты хочешь. – Мой голос был хриплым от желания. – Скажи, что ты хочешь, чтобы я сделал с тобой. – Я закусил губу, когда ее карие глаза встретились с моими. Наши руки продолжали массировать и пощипывать ее соски через платье, наши лица на расстоянии вздоха.
- Я хочу чувствовать тебя везде, - прошептала она мне в рот. Я снова закусил губу, когда с нее слетел стон. Эта женщина будет моей погибелью. Все в ней манило меня: ее тело, ее ум, даже ее нрав.
Мои руки переместились вниз по ее телу, а затем под ее платье. Мы дразнили и покусывали друг друга, звуки наших стонов тонули в звуке текущей воды. Одна моя рука скользнула в ее трусики, и я почувствовал тепло на своих пальцах. Она была мокрой и готовой, и я не мог дождаться, когда окажусь внутри нее.
Желая видеть больше ее обнаженной кожи, я схватился пальцами за кроя ее платья и потянул вверх. Одним движением я снял с нее платье через голову, и замер как вкопанный, увидев то, что было под ним. Господи Всемогущий. Она пытается убить меня.
Я сделал шаг назад, облокачиваясь на стену для поддержки. Она стояла передо мной, промокшая насквозь в белых кружевных трусиках, которые завязывались по бокам атласными ленточками. Ее твердые соски выделялись через такой же кружевной лифчик, и я не мог не дотронуться до них.
- Черт возьми, ты прекрасна, - проговорил я, проводя пальцами по ее упругой груди.
Ощутимая дрожь прошлась по ее телу, и моя рука двинулась дальше, через ее ключицу, вдоль шеи к ее скуле. Мы могли бы трахнуться прямо здесь, мокрые и скользкие, на холодном кафеле. Но я не хочу торопиться. Сердце бешено заколотилось у меня в груди при мысли, что впереди у нас целая ночь. Впервые, нам не придется спешить или прятаться. У нас есть целая ночь на двоих, и я собираюсь провести все это время с ней… в кровати.
Мое тело сотряслось приятной дрожью от одной только мысли об этом. Я сделаю каждый момент значимым. Притянув ее к себе, так что наши груди соприкасались, я дотянулся и выключил воду. Поначалу, мои губы еле касались ее губ, затем движения снова стали более решительными. Она прильнула ко мне, сильнее прижимаясь всем телом. Я обхватил ее лицо руками, когда наш поцелуй углубился – мой язык жадно скользил вдоль ее. Она терлась об меня бедрами, и я толкнул дверь душа, придерживая ее, пока мы выходили из кабинки.
Не прерывая нашего поцелуя, мы выбрались из ванной, неуклюже спотыкаясь, пока мы отчаянно срывали друг с друга остатки одежды. Я сбросил с себя мокрые туфли, ведя ее в спальню. Ее руки тщательно прочесывали мой живот в поисках ремня. Направляя ее руки, я быстро высвободился из брюк и боксеров. В спешке, я отшвырнул их в сторону, где они сложились в мокрую кучу.
Тыльной стороной ладоней я провел вдоль ее ребер, нащупывая застежки ее бюстгальтера, расстегивая их и почти срывая его с ее тела. Притянув ее к себе, я не смог сдержать стона, когда ее упругие соски коснулись моей груди. Даже мокрые кончики ее волос, щекочущие мои руки, бродящие по ее обнаженной спине, отдавались приятным покалыванием на коже. Я всецело отдался безумию нашего поцелуя и силе физического притяжения. Для меня не существовало больше ничего. Ее тело и то, как оно сочеталось с моим, было всем, что имело значение, всем, что было важно в данный момент.
В комнате было темно. Единственным освещением были тоненькая полоска света, пробивающаяся из-под двери ванной комнаты, и луна в ночном Сиэтловском небе. Мы уперлись в кровать, и мои руки спустились к последнему кусочку материи, разделяющему нас. Мои губы стали перемещаться от ее губ вниз, к шее, к груди. Я не обделил вниманием и ее живот, и, наконец, добрался до белого кружева, которое скрывало от меня оставшиеся части ее тела.
Опустившись на колени, я посмотрел вверх и встретился с ее глазами. Ее руки были у меня в волосах, перебирая непослушные пряди, пока она закусила губу в предвкушении. Я хотел, чтобы в этот раз все было по-другому. Поэтому я глубоко вздохнул, успокаиваясь и замедляя свои движения.
Я осторожно взялся пальцами за утонченную атласную ленту и потянул, наблюдая за тем, как она медленно заскользила вниз по ее бедру. Непонимающий взгляд отразился на ее лице, когда я продолжил аккуратно исследовать кружево своими пальцами и проделал то же самое с ленточкой на другой стороне. Трусики покинули ее тело неповрежденными, и она стояла передо мной абсолютно обнаженная. Я улыбнулся, осознавая, что все равно заберу их с собой, и она тоже ухмыльнулась, словно читая мои мысли. Все еще стоя перед ней на коленях, я осторожно посадил ее на край кровати.
Я слегка раздвинул ее ножки, проводя руками вниз по шелковой коже. Я оставлял поцелуи на ее ступнях, ее икрах, вдоль бедер, между ног. Толкая ее назад, я уложил ее на простыни, и сам забрался на кровать. Я продолжал ласкать ее тело губами и языком, ее руки все еще играли с моими волосами, направляя меня туда, где она хотела чувствовать мои губы больше всего.
Ее вздохи и стоны заполнили пространство комнаты и смешались с моими собственными. Я был тверже, чем когда-либо, и я хотел погружаться в нее снова и снова. Я приблизился к ее рту, и она притянула меня к себе, каждый дюйм наших обнаженных тел идеально сочетался друг с другом, пока мы целовались и исследовали.
Поцелуи стали неистовыми, руки бродили и хватали необузданно, а мы пытались притянуть друг друга так близко, насколько это возможно. Наши бедра раскачивались в обоюдном ожидании, пока мой член скользил вдоль ее влажного лона. Каждое прикосновение к ее клитору вызывало безудержный стон. Одно короткое движение и я мог бы быть внутри нее.
Я хотел этого больше всего на свете, но прежде я должен кое-что услышать от нее. Когда там внизу она произнесла мое имя, это пробудило что-то внутри меня, что-то, о существовании чего я не знал. Мне нужно, чтобы она произнесла его, нужно слышать, что именно меня она хочет. Мне не нужна ее любовь или ее сердце, но в данный момент мне нужно знать, что она моя и только моя.
- Я хочу войти в тебя, Белла, - прошептал я ей на ушко. Она задержала дыхание, и низкий стон слетел с ее губ. – Ты хочешь этого?
- Да, - прошептала она умоляющим голосом и приподняла бедра выше в поисках меня. – Пожалуйста.
Ее слова отдались пульсацией в моем перевозбужденном члене. Головка слегка касалась входа в лоно, и я стиснул зубы, желая найти в себе силы удержаться от соблазна.
Ее ступни бродили вверх-вниз по моим ногам и, в конце концов, сомкнулись у меня на пояснице. Я взял ее руки и завел их у нее над головой, сплетая наши пальцы.
- Посмотри на меня, - попросил я ее. – Я хочу услышать это.
Мой голос дрогнул, так как я чувствовал, что теряю контроль над собой. Она посмотрела мне в глаза, и я знал, она все поняла.
- Трахни меня, Эдвард. Мне нужно чувствовать тебя внутри. – Моя голова упала, так что наши лбы соприкоснулись, и я, наконец, вошел в нее. – О Господи, - она застонала.
- Скажи еще раз. – Я начинал задыхаться, двигаясь внутри нее.
- М-м-м... Эдвард. – Хриплые звуки моего имени на ее губах возбуждали меня все сильнее. Я хотел слышать его снова и снова. Я приподнялся на колени, проникая в нее более равномерно, не размыкая наших рук.
- Белла, как же в тебе хорошо. – Я приближался к концу, и мне нужно было сдержаться. Я так долго был вдали от нее, и ничто, о чем я фантазировал, пока она была в отъезде, не может с этим сравниться. – Я хочу трахать тебя вот так каждый день, - прорычал я вдоль ее вспотевшей кожи. – Каждый раз как я вижу тебя в этих маленьких соблазнительных платьях, я хочу нагнуть тебя и преподать урок за то, что дразнишь меня.
- Черт, - прошипела она сквозь стиснутые зубы. – И почему я люблю, когда ты разговариваешь со мной вот так? – Я улыбнулся ей в шею, зная, что она была так же беспомощна перед этим, как и я.
Наши тела двигались вместе без особых усилий, вспотевшая кожа легко скользящая по такой же коже. С каждым толчком она все выше приподнимала бедра навстречу мне, а ногами, обернутыми вокруг моей талии, толкала меня глубже внутрь. Я настолько растворился в ней, что, казалось, время остановилось. Наши руки все еще были сцеплены у нее над головой, и она начала сильнее сжимать их. Она приближается к разрядке, ее крики стали громче, а мое имя неустанно слетало с ее губ, подталкивая меня к концу.
- Давай, Белла. Я хочу чувствовать, как ты кончишь со мной.
Мой голос был резким от отчаяния. Я был так близок к концу, но я хотел подождать ее.
- Боже мой, Эдвард, - застонала она. – Скажи что-нибудь еще. – Черт возьми. Мою девочку заводят грязные слова. Стоп. Я что, сказал мою девочку? – Пожалуйста.
Звуков ее умоляющего голоса было достаточно, чтобы отвлечь меня от моих размышлений. Я развернул голову и прошептал ей на ухо.
- Как же я люблю быть внутри тебя. Я собираюсь трахать тебя всю ночь напролет. Так, что ты завтра не сможешь ходить.
Черт, если я продолжу в том же духе, я просто потеряю контроль. Ее ноги притянули меня еще ближе, ее руки сжали мои так сильно, почти болезненно, и я почувствовал, что она начала сжиматься вокруг моего члена.
И это все, что мне потребовалось. Я перестал сдерживаться и углубил свои проникновения, приподнимая ее с кровати каждым толчком. Я был на грани, и когда она прокричала мое имя, я больше не мог терпеть.
- А! Белла!
- О Господи! Эдвард!
Она заглушила крики, уткнувшись мне в шею, и я почувствовал, как все ее тело напряглось, и мышцы влагалища стали сокращаться. Ничего на свете не могло быть прекрасней этого ощущения, когда удовольствие начинает нарастать внутри, а затем вырывается наружу.
Наши тела начали успокаиваться, и я приподнял голову, глядя ей прямо в глаза так, что наши носы соприкасались.
- Это было… - Я запнулся, не в силах подобрать нужного слова. Во рту у меня пересохло, мышцы ломило, и я был истощен. Я расслабил ее хватку на моих руках, и нежно помассировал ее пальцы, восстанавливая кровоток.
- Я знаю.
Она слабо улыбнулась, едва касаясь моих губ. Я перекатился на спину и притянул ее к себе, устраивая ее голову у себя на плече. Она слегка задрожала, и я взглянул на нее.
- Холодно? – Спросил я, гладя ее по все еще мокрым волосам.
- Нет, - ответила она, тихонько покачав головой. - Просто… переполнена эмоциями.
Я притянул ее к себе и накрыл нас одеялом. Я не хотел уходить, но я не знал, хотела ли она, чтобы я остался.
- Я тоже.
Между нами повисла тишина, и мне стало интересно, уснула она или нет. Я слегка заворочался, и удивился, услышав ее голос.
- Не уходи. – Прошептала она в темноту. Я задержал дыхание, пораженный чувствами, вызванными ее словами. Я хочу остаться, но мне страшно.
Это было так ново для нас, так ново для меня. Между нами все поменялось? Мне нужно было что-то сказать, но я боялся произносить слова. Кем мы были друг другу? Я так устал и хотел подождать до утра, но я знал, что здесь в темноте, будет проще все сказать.
- Белла, - я удивился тому, как приятно произносить ее имя. Как что-то настолько простое может быть настолько значимым. Я почувствовал, как она напряглась – очевидно, она ожидала, что я скажу, что ухожу. – Я хочу остаться.
Я почувствовал, как она выдохнула с облегчением, окутывая мою шею теплым дыханием. Я медлил, не зная, как сказать все правильно.
- Я не могу больше избегать тебя. – Я замолчал, все еще пытаясь привести мысли в хоть какой-то порядок. – Я знаю, мое сексуальное влечение к тебе – это неправильно, но… у меня никогда прежде не было такого. – Мне никогда не приходилось быть настолько откровенным с женщиной, признавать свою слабость.
- У меня тоже.
Ее слова были такими тихими, что я не услышал бы их, если бы мы не лежали в объятиях друг друга. Мои руки продолжали играть с ее волосами, а веки стали тяжелеть. Ее дыхание стало ровным и монотонным, и вскоре я провалился в глубокий сон.
Я заморгал спросонья, почувствовав волну наслаждения, прокатившуюся через меня. Черт возьми, это приятно! Мне так не хотелось просыпаться и сталкиваться с суровой реальностью, в которой я спал один. Что-то теплое и влажное снова окутало мой член, и я громко простонал от удовольствия. Самый. Лучший. Сон. Я услышал стон, вибрация от которого отдалась прямиком в мой член.
- Ммм, Белла. – Я услышал свой собственный голос, но звучал он как-то странно. Она снилась мне сотни раз, но этот сон казался таким реальным. Тепло вдруг исчезло, и я нахмурился. Куда она делась?
- Скажи еще раз.
Хриплый, но в то же время нежный голос прорвался в мое сознание, и я заставил себя открыть глаза. Комната была темной, и я лежал в чужой кровати. Тепло вернулось, и мои глаза устремились в область паха. Прекрасная темная головка склонялась между моими раздвинутыми ногами, а мой член был у нее глубоко во рту. Лавина воспоминаний о прошедшей ночи обрушилась на меня, и сон как рукой сняло.
- Белла?
Не может быть, чтобы все это было правдой. Должно быть, она вставала ночью и выключила свет в ванной, потому что в комнате было настолько темно, что я едва мог различить ее силуэт. На ощупь я нашел ее лицо, проводя пальцами по ее губам, сомкнувшимся на моем члене.
Она слегка приподняла голову, и я не сдержал стона, увидев мой член у нее во рту. Я откинул голову назад на подушку, когда она впустила меня глубже, головка уже касалась задней стенки ее горла.
- О, черт, Белла. Как же здорово! – Она снова простонала в ответ, и мои бедра машинально подернулись вверх.
Ее губы двигались вверх-вниз, язычок выписывал пируэты, а зубки слегка царапали ствол с каждым движением. Одна ее рука скользнула к яичкам, и я застонал в полный голос, когда она начала нежно массировать их в ладони.
- Твою мать… Это лучшее, что я когда-либо видел – мой член, скользящий в твоем прекрасном ротике.
Чувство было настолько сильным – воплощение моих снов и фантазий в реальность – что я уже не знал, как долго я продержусь. Она немного сменила позицию, и теперь ее пальчик нежно массировал какую-то точку прямо под яичками, и продолжительное шипение просочилось сквозь мои стиснутые зубы. Никто никогда не делал такого для меня. Я собрался остановить ее, но ощущения были настолько невероятными, что я не смел пошевелиться.
Я провел пальцами по ее волосам, затем по лицу и скулам. Она закрыла глаза и стала посасывать интенсивнее, приближая меня к концу. Фантастическое сочетание ее ротика на моем члене и ее пальчика, нажимающего на ту точку, стало самым насыщенным и сильным ощущением, которое я когда-либо испытывал. Она усилила давление на точку, отчего оргазм просто прострелил через все мое тело.
- Господи, Белла! О, да, да, ДА! – Теперь, когда я начал произносить ее имя вслух, было так трудно остановиться.
Она продолжила посасывать, пока самый мощный оргазм в моей жизни не начал утихать.
- Что, черт возьми, это было? – Спросил я задыхаясь. Она выпустила мой член изо рта и посмотрела на меня с довольной улыбкой. Господи Иисусе, эта женщина никогда не перестанет меня удивлять. – Поднимайся сюда, - скомандовал я.
Приняв сидячее положение, я притянул ее к себе на колени, и она обхватила меня ногами вокруг торса. Наши обнаженные груди прижались друг к другу, а я взял в руки ее лицо и посмотрел ей прямо в глаза.
- Это самое лучшее пробуждение за все мои двадцать восемь лет.
Она тихонько засмеялась, закусывая нижнюю губу. Дотянувшись до ее рта, я жадно поцеловал ее, наслаждаясь каждым дюймом ее нагой кожи. Мои пальцы переместились вниз по ее рукам к груди. Она сладко застонала и прогнулась в спине, откидывая голову назад и в сторону. Я целовал и пощипывал губами ее шею, чувствуя, что снова возбуждаюсь. Она начала ерзать бедрами, и я увидел у нее на лице озорной взгляд.
- Помнится, ты говорил что-то о том, что я не смогу завтра ходить? – Она с вызовом приподняла бровь, и я не смог сдержать стон.
- Какая испорченная девчонка! – Проговорил я, почти касаясь ее губ. Расположив член прямо у входа во влагалище, я слегка приподнял ее. – Но ты права. Обещание есть обещание.
Одно легкое движение и я снова глубоко внутри нее. Обоюдный стон от силы ощущений заполнил безмолвное пространство комнаты. Она положила голову мне на плечо и слегка подалась бедрами вперед, позволяя мне проникнуть еще дальше.
Она была горячей и влажной, и я снова поразился, как же хорошо мы подходим друг другу. Она обняла меня за плечи, а я схватил ее бедра, помогая ей двигаться вверх и вниз. Никогда прежде я не занимался сексом в этой позе – она казалась такой интимной, и в то же время такой правильной для нас. Мы несомненно не были близки эмоционально, но еще никогда и ни с кем я не чувствовал такой физической близости, как с ней.
Закрывая глаза, я постарался сосредоточиться на каждом ощущении, каждой эмоции. Ее твердые соски, едва касающиеся моей груди, ее волосы, щекочущие мои плечи, жар ее тела – все это, казалось, объединилось, чтобы остановить время. Не знаю, как долго мы пробыли в этом положении, раскачиваясь в единый такт, целуясь и прикасаясь, но потихоньку в комнате начало светлеть.
Удовольствие накатывало волнами, пока я уже не был на пределе. Она слегка откинулась назад, меняя угол проникновения, и громко застонала.
- Эдвард, еще чуть-чуть, - ее голос был низким, требовательным, и я опустил одну руку туда, где соединялись наши тела, поддразнивая ее клитор большим пальцем.
Передо мной раскрылся захватывающий вид. В экстазе она отбросила голову назад, рассыпая по плечам спутанные волосы. Под глазами у нее виднелись следы смазанного макияжа, и выглядела она чертовски уставшей, но осознание того, что это я был причиной всего этого, заставляло ее выглядеть прекрасней, чем когда-либо.
Я не мог поверить, что это была та же самая женщина, про которую еще месяц назад я говорил, что ненавижу. Знаю, мы прошли длинный путь, и где-то на этом пути, очертания стали неясными. Теперь я понимаю, что ненавидел ни ее, а чувства, которые она во мне пробуждала. Если бы я научился контролировать их, может быть, мы нашли бы способ продолжить это. Мы сохранили бы это в тайне ото всех, и конечно, это было бы чисто физически. Но впервые за долгое время, я видел, что есть возможность.
С каждым движением ее бедер, снова нарастало давление внизу живота. Я схватил ее крепче, на мгновения даже боясь, что останутся следы, и ускорил проникновения. Она застонала и начала извиваться надо мной, и когда я уже подумал, что не могу больше сдерживаться, она прокричала мое имя, и я почувствовал, как она начала сильно сокращаться вокруг меня. Интенсивность ее оргазма спровоцировала мой собственный, и я кончил в нее второй раз за ночь.
Она упала в мои объятья, и я уложил нас в кровать. Мы были вспотевшие, запыхавшиеся и весьма обессиленные, но все же я не смог сдержать маленькой улыбки, приподнявшей уголки моих губ.
Я притянул ее к себе – спиной к своей груди – и обвил ее руками, в то же время переплетая наши ноги. Она пробормотала что-то, что я не смог разобрать, и уснула прежде, чем я успел переспросить.
Этой ночью много всего изменилось, и последней моей мыслью, перед тем как мои глаза закрылись, было то, что завтра у нас будет много времени, чтобы поговорить. Но когда первые лучи утреннего солнца стали украдкой пробиваться сквозь темные шторы, я с беспокойством осознал, что завтра уже здесь.

Комментариев нет:

Отправка комментария